изумительную талию, и ей это не удалось. К тому же, я уже дошел до такого состояния, что не мог отступать. И поэтому мягко, но решительно двинулся дальше. Наша борьба продолжалась не долго и вот мой член уже полностью в попке, а яички стукнули ее по пипе. Качели заработали, и вот уже послышались Олины всхлипы. Туда-обратно-туда-обратно. Медленно-медленно, чтобы ненароком не сделать больно. Но я чувствую, как движения постепенно ускоряются, и Оленька начинает заводиться. Она отрывается от Паши и выпрямляется, только попка ее продолжает звонко постукивать по мне. Она снова начинает свой танец под неслышную музыку: левой рукой ласкает себе грудь, а правой свою пипку, периодически прихватывая и мои яички.
А я чувствую, что начинаю доходить до точки кипения и непроизвольно усиливаю движения так, что моя любимая чуть не падает. Я подхватываю ее спереди за грудь, и тут же не выдерживаю: бабах! Все, я обессилен. Мы садимся, шумно дыша, на табуретки и приваливаемся друг к другу потными телами. Паша глядит на нас и загадочно улыбается, а мы сидим, и у нас нет сил даже улыбнуться в ответ. «Все» — говорит Оленька — «Теперь действительно пора спать. Я стелю всем в разных комнатах, и не смейте ко мне приближаться. Оба» Моя любимая идет в душ, а мы с Пашей послушно в разные комнаты, чтобы больше никогда не встречаться.
