Минк вышел на крыльцо коттеджа, потягиваясь после полуденного отдыха. Солнце уже перевалило через зенит, потеряв заметную часть своего жара. Тени стали длиннее и вскорости должны были достичь стола и скамей, на которых любила коротать вечера вся их дружная компания. Пока что ни один из них не появился, и под раскидистой елью никого не было.
Никого, кроме рыся, лежавшего на одной из скамей спиной к солнцу. Правая задняя его лапа, согнутая в колене, лежала на спинке скамьи, левая свесилась почти до земли, а передние он закинул за голову. Легкие искорки, отблески солнца, перебегали по светло-серому меху, следуя за еле заметно вздымавшейся при дыхании грудью.
Минк сошел с крыльца, стараясь не производить никаких звуков, благо это было нетрудно — мягкая трава сплошным зеленым ковром устилала лужайку перед коттеджем. Подкравшись к скамье, на которой блаженствовал рысь, он оперся о спинку в изголовье и заглянул ему в лицо. Рысь дышал ровно и, казалось, не заметил присутствия кого-то рядом с собой, тем более, что глаза его оставались закрытыми. Но внезапно они раскрылись и уставились на Минка, застав его врасплох. Но Минк продолжал смотреть рысю в лицо:
— Я без ума от тебя, Зао, — наконец произнес он. И, немного помедлив, пригнулся и прошептал прямо в ухо: — И даже жалею, что я не девчонка.
Зао обхватил Минка за шею, притянул его голову к своему лицу, потерся носом и лизнул в губы. Минк ощутил влажный рысий язык, влажный прохладный нос, шелковистый мех щеки и мягко отстранился:
— К сожалению, я не девчонка. И не «голубой».
Рысь продолжал смотреть ему в глаза, придерживая лапами за шею. Потом отпустил, поднялся со скамьи, потянулся, расправляя онемевшие мышцы. Солнечные искорки забегали по всему телу, откликаясь на малейшее движение. Наконец он повернулся к Минку:
— До ужина еще далеко. Пойдем, прогуляемся.
— Куда?
— Просто в лес. Выйдем на берег, посмотрим на текущую воду. Успокаивает и расслабляет, — он подмигнул.
Через несколько минут они уже продирались через густой подлесок, поднимаясь на склон невысокого холма, стоящего на берегу реки.
— Ты что-то говорил насчет расслабления, — окликнул Минк рыся. — Пока что я только упарился.
— А после этого знаешь как приятно будет расслабиться, — отозвался тот.
Постепенно растительность стала гораздо реже, кругом между деревьями теперь торчали лишь отдельные кусты. Они приближались к вершине холма. Впереди между деревьями уже виднелся просвет. Берег был близко.
Внезапно Зао перешел на бег и, опередив Минка на несколько десятков шагов, выбежал на вершину, туда, где образовалась небольшая полянка. Постояв мгновение неподвижно, рысь одним элегантным движением освободился от шорт и отбросил их в сторону, оставшись перед Минком совершенно обнаженным и лениво помахивая коротким рысьим хвостом. Потом он потянулся, поигрывая упругими мышцами на лапах и спине, и, обернувшись, лукаво взглянул на оцепеневшего от неожиданности Минка.
— Ну, что же ты застыл?
Минк не отвечал. Зао подошел к нему, обнял за шею и ткнулся носом в нос, одновременно вылизывая ему губы.
— Зао, я же говорил, я не... — попытался протестовать Минк, крутя головой, но его слова были прерваны крепким поцелуем рыся. Потом рысь плотно прижал Минка к себе, одновременно вылизывая ему щеки, нос, лоб, подбородок... Минк смирился и начал отвечать на ласки приятеля, тем более, что на самом деле ему это весьма нравилось. Так они простояли пару минут. Наконец Минк смог задать вопрос:
— Что дальше? Я не собираюсь заниматься сексом с самцом, даже с тобой. А ласкаться, не имея возможности довести дело до конца — просто издевательство друг над другом.
Вместо ответа Зао взял руку Минка и положил себе на грудь. Под светлой шелковистой шерстью Минк ощутил сердцебиение рыся, его
