начала кнутом хлестать беззащитных детей. — Не видать им больше своих деток.
— Тетенька! — в голос, заливаясь слезами запричитали подружки — В чем мы виноваты, отпустите нас. Мы больше не будем, — слезы испуга текли по грязным щекам.
— Конечно, не будете. Как я вас ненавижу! — продолжала она орудовать плеткой — Из-за таких как вы, из-за таких, как ваши родители, зажравшихся и самодовольных, в тюрьме сгнил мой брат. Посмотрите, что стало со мной. У тебя роскошные волосы, я тоже хотела такие, но такие как вы... — она задохнулась от злости, взмахнула плеткой, и с силой хлестнула по обезумевшему от страха лицу. Диана ладонями закрыла обоженное плеткой лицо.
— Ты что, озверела? — остановил ее неизвестно откуда появившийся мужчина лет тридцати. — Это же дети. Мы так не договаривались. В чем они виноваты?
— Ты что, дурак? — оттолкнула его незнакомка и замахнулась кнутом. — Уж не хочешь ли ты их отпустить. Давай! Дача твоя, а тайга большая. Долго ее тебе придется «полоть». Ты что, придурок, так и ничего не понял, — она с силой толкнула мужчину, тот потерял равновесие и свалился на пол. А незнакомка схватила Диану за волосы, так, что у той чуть глаза не выскочили из орбит, из кармана достала флакончик и на голову плеснула едкую жидкость. С воплями, Диана схватилась за голову, по лицу размазывая кислоту. А незнакомка, на глазах обезумевших от страха детей, затряслась в глубоком экстазе.
Обнаружили их случайно на следующий день. Местные мальчишки, узнав, что хозяева вместе с гостями куда-то уехали, а в доме лишь полуслепой, совершенно глухой старик, решили поживиться в привлекательном доме. Единственный «надежный» сторож, пес по кличке Мухтар, был давно прикормлен мальчишками, он их встретил, виляя хвостом, как долгожданных гостей. Тут они и заглянули в злосчастный подвал.
Милиции удалось арестовать почти всю преступную группировку, лишь незнакомке удалось избежать задержания, да и ту скоро поймали.
Диана, получила глубокую душевную травму. Она стала замкнутой, нелюдимой. В том году она больше не посещала школу, отстав от сверстников на год. Много пришлось поработать хирургам косметологам и психиатрам прежде, чем она снова смогла выйти в свет. Волосы, сожженные кислотой, так и не выросли. Их заменил дорогой и красивый парик. Благо отец был небеден. Искусственными были и брови. Слух о трагедии быстро распространился по городу, она не могла спокойно гулять, непрерывно ощущая на себе со страдальческий взгляд. Скоро отец получил повышение, и он с семьей уехал на дальний восток. Годы шли, Диана росла, боль притуплялась. На новом месте о ее трагедии никто не знал и она ожила. Все чаще ее можно было встретить в школе на дискотеке, на вечере у новых друзей. По своему развитию она несколько отставала от новых подруг, у тех уже давно прошла первая любовь, а Диана лишь только мечтала. Ей было страшно. Страшно, что поклонник может узнать ее истинный облик, а это конец. Но нельзя обмануть силу природы и она полюбила.
Первого сентября, вместе со школьным звонком, в класс вошел симпатичный кудрявый мальчишка. Диана замерла, сидя на парте. Именно таким ночами приходил к ней избранник и она полюбила. Полюбила каждой клеточкой своего организма. Новичок оказался неробким, и быстро завоевал симпатию класса. Много бессонных ночей провела Диана в постели. Много было пролито слез. Она любила и боялась с ним встречи, но встреча была неизбежна. В один из теплых осенних вечеров судьба свела их на дискотеке. Красивая музыка, теплое дыхание милого вскружили ей голову. Она была самой счастливой девчонкой на свете, позабыв о своем недостатке. Владислав не оставлял ее ни на минуту. Прогулка по вечернему городу наедине с любимым, полностью вытеснили остаток едва заметного разума. Она была на вершине блаженства. Ее ничуть не смутило предложение зайти к нему домой на
