аккуратненькой кухне они казались пришельцами с другой планеты.
Дрожащими руками она разлила чай, в каждую чашку щедро плеснула виски. Атлас халата подчеркивал высоту груди, туго облегал бедра. Груди ее набухли, соски затвердели и при движениях приятно терлись о материал бюстгальтера. Она почувствовала, что между ног трусики стали мокрыми от сочащейся из нее влаги.
— Благодарю, — Тони взял у нее чашку чая.
Макс улыбнулся, когда она наклонилась над столом, чтобы поставить перед ним его чашку. Теперь Джулия разглядела, что он немного отличался от брата. Лицо более угловатое, челюсть более квадратная. Но глаза точно такие же синие. Только в них читалась ничем не прикрытая сексуальность. Что-то в нем было от первобытного дикаря.
Джулию обдало жаром. Стояла она рядом с Максом, ее прикрытое атласом бедро почти что касалось жестких штанов пожарника. А когда хотела повернуться, одной рукой Макс ухватил ее за пояс. Джулия не отпрянула, когда вторая рука прошлась по ее атласному заду.
— Мне кажется, нам придется тушить еще один пожар, братец, — пророкотал Макс и подмигнул Тони. — Дама безусловно требует нашего внимания.
Джулия закрыла глаза, когда пояс соскользнул на пол, а руки Макса сошлись на ее талии. Она не могла поверить, что такое происходит наяву. Что ее фантазии обратились в реальность. Макс погладил ее мягкий живот, пощупал грудь, потом рука скользнула вниз, накрыла лобок. Пальцем он провел по треугольнику ткани, нащупывая зазор между наружными губами.
Джулия чувствовала, как у нее подгибаются колени. Прикосновения были нежными, но властными. Тони с улыбкой наблюдал, как его брат поглаживает Джулию. Она наклонилась к нему, в надежде, что и он примет участие в этой игре. Макс тем временем сунул два пальца в трусики, забрался ими в островок лобковых волос. По телу Джулии пробежала дрожь. Пальцы раздвигали волосы, подбираясь к раскаленной «печке», но не ныряли в нее. Господи, как же ей хотелось, чтобы он прикоснулся к ее клитору. Он возбужденно пульсировал, живя собственной жизнью.
— Знаешь, Макс, — процедил Тони, — у меня такое ощущение, что вызов был ложным. И кто-то должен понести наказание за то, что мы зря потратили время.
— Да, — отозвался Макс, — ты совершенно прав, братец. Что мы должны сделать с тобой, Джулия? Ты виновна в использовании городских пожарных не по назначению. Это серьезное правонарушение. Боюсь, чашки чая с виски недостаточно, чтобы загладить вину.
— Я... я так сожалею о содеянном, — прошептала Джулия.
Руки Макса двинулись к бюстгальтеру.
— Придется тебя наказать, — губы Макса изогнулись в волчьей улыбке.
Резким движением он сбросил бретельки бюстгальтера с ее плеч, чашечки — с грудей, обнажив стоящие торчком темные соски. Поддерживаемые спицами и чашечками груди Джулии едва не ткнулись в лицо сидевшего у стола Макса.
Джулия только пискнула, когда Тони перегнулся через стол и теперь уже его рука нырнула в кружевные трусики. Заползла между ног, разделила наружные губы. Палец нащупал «дырочку».
— М-м-м, какая она горячая и влажная. И ты только посмотри на эти упругие буфера. Похоже, она чего-то хочет.
— Тогда мы не можем разочаровать даму, — откликнулся Макс.
Он сжигающей ее страсти Джулия лишилась дара речи. А Тони тем временем убрал руку и встал. Ноги Джулии подогнулись, отказываясь держать вес ее тело. И она соскользнула бы на пол, если бы тоже поднявшийся Макс не ухватил ее за бедра и не положил животом на стол. Протестовать она не стала. Голые груди вжались в холодное дерево. Прикосновение к холодному только добавило возбуждения и без того затвердевшим соскам.
— Что ж, Джулия, пора тебя наказать, — Тони задрал подол атласного халата, сунул его за пояс для чулок.
Джулия покраснела, как рак, когда Макс сдернул ее трусики,
