возбудившись от такого зрелища, к нам присоединился Алекс. Он подлез под Машку и пристроился между её ножек. Почувствовав в своей разгорячённой киске его язычок, Машка взвизгнула и, непроизвольно, больно прикусила мою губку. Я застонала! Не смотря на боль, это было очень приятно. Какое-то время мы так и пролежали: Машуня ласкала меня, а Алекс её. Потом он перевернул её на спину и велел мне сесть ей киской на лицо, а сам закинул её ножки себе на плечи и вошёл в неё.
Машка стонала, извивалась как уж, вскрикивала и всё яростнее и яростнее впивалась своими поцелуями в мои половые губки, буквально засасывая их в себя. Я уже потеряла счёт своим оргазмам, когда наконец Алекс подошёл к пику и, вытащив член, пролился со стоном на Машкин животик. Она кончила с ним одновременно. Я поняла это потому, что в этот момент она выпустила из своего ротика мою плоть и гортанно закричала что-то нечленораздельное. Потом выгнулась дугой и на отмашь упала обессиленная на кровать.
— Братцы! До чего ж хорошо... — было первое, что мы все услышали, после секса. Это был голос Машки. Мы все лежали по отдельности, практически не касаясь друг друга и молчали. Она была первой, нарушевшей общее молчание.
Фото по порядку: 1. Ваша покорная слуга и автор этих строк. 2. Наша Машка. 3. Всё, что разрешил из своих фото здесь разместить мой муж.
Продолжение следует...
