шутливо щелкнул ее по носу и направился в кухню. На пороге услышал:
— А вы любите маму?
Вот черт, не знаешь, чего и отвечать, когда тебе шестиклассница такие вопросы задает. Да и что такое любовь? Как объяснить ребенку, что существует помимо любви еще и секс, и взрослые люди тянутся порой друг к другу, чтобы снять накопившуюся неудовлетворенность. Я вернулся, сел на стул рядом с девочкой и взял ее за руки.
— Пойми, маленькая моя. Взрослые люди занимаются сексом, ты ведь об этом наверное знаешь, вы теперь сильно в этом продвинутые люди, не то что мы в свое время. Любовь — вещь серьезная, она вдруг не приходит, должно пройти время. Но мама мне твоя нравится, иначе бы я не пришел сюда.
Я понял, что совершил ошибку, сказав последнюю фразу, но слово — не воробей:
— И если бы Вам мама не нравилась, то Вы бы не сделали мне подарков?
Про себя я ругался. На хрена я это сказал? Надо было исправлять положение. Я сжал ее ручонки в своих лапах и улыбнулся.
— Глупая девчонка, ты мне нравишься еще больше. Я таких цветов еще никому не дарил.
Сказал, а сам подумал, что-то я совсем ослаб головой, ребенку в любви фактически признаюсь. Катюха зарделась и улыбнулась в ответ:
— Ладно, идите, а то там ее инфаркт хватит.
— Не надо так о маме, я ведь все о вас знаю, соседи уже доложили, папашка твой неласков был, я попытаюсь загладить его вину. Только на кухню ни шагу, обещаешь?
— Хорошо, не буду.
А улыбка аж до ушей. Ну малолетки пошли, хрен их разберет, как с ними общаться. Я повернулся и вышел. Тома сидела на краешке кухонного уголка и горько плакала. Подойдя к ней, я поднял ее голову и поцеловал в глаза, она пыталась вырваться, но я ей не дал. И тут ее прорвало:
— Этот мудак, муж мой, все во мне разрушил, тринадцать лет — псу под хвост, все было нормально, семья, ребенок, чего еще надо? Потом бабы, пьянки, драки — кто это вынесет. Катюха от него пряталась в ванной. Да чего я тебе плачусь то? Тебе вот потрахаться захотелось, ты и пришел.
— Тома, ты не права. Я сам недавно ушел от жены, совсем по другим обстоятельствам. Сама понимаешь, в моем возрасте это серьезное решение. Вот ты 13 лет жила с ним, а я 16. Она гуляла от меня. Но не думай, что я ханжа и не понимаю, что человеку нужна сексуальная разрядка. Она просто делала это настолько демонстративно, что на меня стали показывать пальцем соседи. Я не люблю, когда меня унижают. При этом крики и скандалы каждый день. Не поверишь — я за всю жизнь не ударил ни одной женщины, а ей разика два ебнул, довела до нельзя. Конечно хочется трахаться, тут ты права, но говорить, что только за этим пришел, ты не имеешь права. И ребенок мне твой нравится, умная девчушка.
Тома повеселела немного, глаза начали просыхать.
— А ты знаешь, что у нее ни одной четверки нет, круглая отличница.
Я подсел к Томе и попытался ее приручить, но она нахмурилась и оттолкнула меня.
— Катюха сейчас опять придет и нас застукает, отсядь:
— Не придет, я договорился.
— Ишь шустрый какой, уже и с дочкой договорился, что мамку трахнет, ну ты и жук.
Тамара улыбнулась и обняла меня. Я запустил руки под ее халат и обнял ее за спину. Тамара развязала поясок и халат упал на сидение. Я спустил ей трусики до колен и впился губами в ее промежность. Трусики наконец были сброшены, Тамара лежала на уголке, широко раздвинув ноги и согнув их в коленях. Оргазм настиг ее быстро, она закусила губу и гримаса страсти исказила ее лицо. Потом она села и засунула руку мне в брюки, видимо стараясь отплатить мне тем же. Мой изголодавшийся по женским ласкам член выстрелил ей в рот почти мгновенно. Тамара стойко все проглотила, не проронив ни капли.
Потом мы оделись и говорили, говорили о многом, о жизни, о любви, о сексе, чего кому нравится, а чего нет. Я признался ей, что утюг мне совсем не был нужен, а нужна была она. Она
