Томми лежал на своей матери, какое-то время, пытаясь обрести дыхание. Он положил свое лицо на ее грудь, скользкую от его слюны и ее пота. Лиза сидела перед ним, и он мог видеть как ее пизда, трется о нос и рот матери. Девушка также была мокрой от пота. Обмякший член мальчика, по прежнему находился в теле Кимберли. Он перевел взгляд на руки своей матери. Веревки глубоко врезались в кожу на ее запястьях. Томми усмехнулся, он был еще мал и все еще нуждался в ней, и в то же время он был достаточно взрослым, чтобы ебать ее.
Через несколько минут он поднялся со своей матери, с интересом разглядывая ее пизду. Губки ее набухли, и раскрылись, его семя, смешанное с ее выделениями, медленно сочилось из нее. Лиза продолжая стонать, елозила по ее лицу. Томми наклонился и пальцем собрал жидкость вытекающею из женщины, еще раз удивившись мягкости ее киски. Его мать застонала во сне, и Лиза сразу устремилась своим клитором в ее приоткрывшийся рот.
«Тебе нравится это, Лиза?» — спросил мальчик.
Девушка покраснела:
«Нет, обычно я не занимаюсь подобными вещами.»
«Тогда почему ты делаешь это сейчас.»
«Я не знаю. Мне просто хочется кончить этой сучке в рот. Мне кажется, я делаю это только чтобы угодить тебе.»
Томми посмотрел на свою мать, волосы которой стали намокать от выделений девушки, сидящей на ее лице. Мальчик вернулся к покупкам, и вытащил из стопки глянцевый журнал, завернутый в бумагу. Под бумагой, на обложке, оказалась фотография четырех женщин на полу. Двое из них облизывали друг друга, а двое других, мочились на них сверху.
«Лиза! Зачем ты купила это?»
Девушка в ужасе замерла, глядя на него. Томми знал такой взгляд, у него самого был такой же, когда мать нашла у него в комнате сигареты.
«Томми: мне жаль:»
Мальчик улыбнулся. Да, в этой девушке действительно спрятано что-то грязное.
«Ничего, этим мы тоже займемся.»
Она глядела на него испугано и смущенно, испытывая тайные желания, о которых боялась даже думать. Томми подошел к ней, и провел пальцем по ее взмокшей груди, до соска.
«Мы еще многим займемся. И я буду иметь тебя как захочу, и куда захочу.» — Он взглянул на часы. — «Я пойду к другу, поиграть на Сеге, а ты можешь пока тут развлечься с моей матерью, думаю, она не будет против.»
«И, Лиза. Если ты хочешь подчиняться мне, у меня есть тебе подарок.»
Томми снова вернулся к покупкам и вытащил оттуда кожаный ошейник, копию того, что охватывал шею его матери. Он нацепил его на девушку:
«Вот так. Теперь вы обе мои сучки, и принадлежите только мне.»
Быстро собравшись, он побежал к дому Пола.
Вернулся он вечером, как раз к тому времени, когда должна была приехать его старшая сестра, Холли. Мама встретила его в шелковом халате, накинутом на голое тело, Лиза была в кожаном лифчике и трусиках. Мальчик поднялся к себе в комнату, а минут через пятнадцать, внизу, раздался стук в дверь, и Кимберли открыла дверь.
Холли была четырнадцатилетней девушкой, с длинными каштановыми волосами. Она была на пол головы выше Томми. Девушка была одета в традиционную форму Католической школы, белая блуза, черный свитер, зеленая юбка ниже колен и черные гольфы. Зайдя в дом, она потрясенно замерла. Специфический запах окутавший ее, был незнаком, но очень возбуждал. Ее мать, стоявшая напротив, в не застегнутом халате, совершенно не пыталась спрятать свою наготу. Тут же была и их сиделка, в откровенном кожаном нижнем белье.
«Мама, что происходит?»
Кимберли улыбнулась: «Проходи дорогая, мы должны тебе кое что объяснить.»
Холли прошла в гостиную и опустилась на диван, рядом с матерью.
«Что случилось? почему вы так одеты?»
«Дорогая, ты знаешь, что такое секс?»
Холли покраснела, но кивнула. В школе им запрещали говорить на подобные темы. Кимберли стала рукой гладить волосы своей дочери.
«Я думаю что настало время, просветить тебя в этом вопросе, любимая.»
Холли улыбнулась,
