вырастила прекрасного ребенка, немного ошибающегося, но, в конце концов, обязательно он обязательно возьмется за ум и станет примерным семьянином, уважаемым политиком и оратором, и мудрым доном. А уж, каким чутким и экономным плантатором станет Альберто — мечтали его родители. Ведь, когда трезвый, как он заботится о прислуге, как бережно общается с родителями.
Наступило лето, и на фазенде Буаресов готовились к приезду детей. Племянник и две племянницы должны были погостить у них до начала нового учебного года — свежий воздух, прогулки на лошадях — это так полезно для детского здоровья. Да и позаниматься с детьми можно поручить Изауре — она научит их играть на фортепиано, читать французские журналы, рисовать и даст уроки хороших манер. Кроме того, дети смогут танцевать на веселых и красивых балах, часто устраиваемых соседями, немного подготовиться к поступлению в университет, а заодно и поучиться вести хозяйство на плантации.
Дон Альберто уехал в город, работать в конторе отца и Изаура с интересом взялась за воспитание детей, сбросив тяжелый камень с души. По традиции девочки и мальчики учились отдельно, поэтому Изаура утром ездила купаться вместе с детьми, а днем занималась с девочками танцами и давала уроки прекрасных манер, после обеда она занималась математикой с господским племянником — Хосе, 15-летним мальчишкой. Математика давалась мальчику не так легко, он не умел сосредотачиваться надолго, когда за окном стояла такая сумасшедшая погода, а рядом сидела привлекательная девушка, с нежными, ухоженными руками, мягкой кожей, цвета кофе и чудесным личиком. Изаура чувствовала, что близкое расстояние между учительницей и учеником отвлекает Хосе, заставляя его задумываться, погружаясь в подростковые эротические фантазии. Изауре приходилось напускать на себя вид излишне строгой, одергивать юношу, заставлять его переписывать задачи по несколько раз. Чтобы мальчик не засматривался на нее, Изаура сажала его лицом к стене и заставляла Хосе часто извиняться по всяким поводам. Для городского мальчика Изаура не была рабыней, он ставил ее на одну ступень со своей тетушкой — красивую, недоступную женщину, которой позволено учить его.
Но кошмар вернулся. Все жуткие страхи Изауры обернулись явью. По ночам снова стал возвращаться Альберто. Он звал Изауру и снова издевался над ней. Изаура перестала высыпаться, начала становиться рассеянной. Она боялась, как бы не узнали дети, кем ей приходится становиться по ночам, чем ей приходится заниматься. Однажды утром, после очередной встречи с Альберто, когда он избил ее, сорвал платье и заставил, ползая на четвереньках, языком слизывать с пола крошки от уроненного пудинга, затем он заставил целовать пальцы его ног, заткнул ее рот носками, положил ее на спину и заломил ноги к голове, взяв со стола булавки, стал втыкать их в ее попку. Изаура стонала, боясь повысить голос, а Альберто грязно ругался. На этом мучения не закончились — запуганную, он бросил ее на кровать, заставив лечь, широко раздвинув ноги, с силой ударил ее кулаком по спине, чтобы она выгнула спину, и стал трахать ее, рыча и отчаянно скрипя кроватью. Пьяный Альберто долго не мог кончить, он бил Изауру, обвиняя ее во всем, переменил множество поз, чувствуя ослабление эрекции, Альберто останавливался, заставляя сосать его пенис, одновременно массируя ему руками яички.
Если ему казалось, что Изаура недостаточно старается, он бил ее ладонями или с силой тянул за волосы. Изауре казалось, что они разбудили весь дом шумом, бранью и скрипом кровати. Она была готова от стыда провалиться сквозь землю. В конце концов, Альберто лег в кровать, заставив Изауру стоять рядом на полу, в собачьей позе, задом к двери. На спину ей он поставил бутылку и стакан, сказав, чтобы в какой бы момент ночи он не проснулся, столик всегда был накрыт. Спустя мгновение Альберто
