поздно. Легкая струйка превратилась в мощный поток за один удар моего сердца, и было отчетливо слышно, как громко он зажурчал, знакомясь со стенками моей гортани. Я заставлял себя проглатывать испускаемую в меня мочу, что стоило мне огромных усилий, но мысль о неподчинении даже не пришла мне в голову, наоборот, я услужливо подставлял Свете широко открытый рот. Глотая эту режущую острым вкусом и запахом струю, которая уже буквально ревела во рту, я старался поймать все брызги и почему-то думал только об одном: «Лишь бы все досталось мне, лишь бы не пролить!». Судорожно глотая, я захлебывался ее мочой! Дышать было нечем, я задыхался и морщился от отвращения, или может быть от унижения и стыда, но все глотал и глотал этот пенящийся поток. Резкий кисло-горько-соленый вкус теплой жидкости терзал мою гортань, мощный напор раздражал небо, я еле сдерживал рвотные спазмы, но как великую ценность старательно глотал ее благословенный сок! Вскоре до меня дошло, что это получается гораздо труднее, когда рот слишком полон, и, чтобы не захлебываться, я стал делать быстрые глотки, не давая моче скапливаться — так дело пошло лучше.
Поток стал иссякать и, плеснув еще раз или два напористыми победными струйками, прекратился полностью. По инерции я слизнул последние капли языком: Света опрожнилась в меня, не сказав при этом ни слова, будто это было в порядке вещей! Я не мог ничего делать, меня душили рвотные спазмы. На какое-то время я полностью выбыл из игры, занятый борьбой с собственными рвотными рефлексами, но она терпеливо ждала. Побороть их оказалось не так-то просто, ведь все небо, и нос, и горло были заполнены запахом и вкусом ее жидкости. Кое-как успокоившись, я ощутил, что ее раскрытая киска кокетливо прижата к моим губам, Света с невинной улыбкой смотрит на меня так, как будто ничего не случилось, и нежный голосок просит повторить то, с чего мы начали! Но главное, я обнаружил, что сам того не подозревая кончил себе на живот, и понял, что это произошло, когда она писала! Теперь я уже не мог остановиться. На этот раз я проявил не только энтузиазм, но и изобретательность, изо всех сил стараясь угодить ей своими ласками. — Давай! Поработай язычком! — стонала Света, извиваясь от наслаждения. Я страстно вылизывал все, включая и анальное отверстие, так как уже не ощущал никакого стыда. В общем, она трахала меня, а я получал от этого ни с чем не сравнимое удовольствие. Я думаю, она кончила раз пять или больше, время от времени я чувствовал, как ее попка на моем лице начинала дрожать от наступающего оргазма. Мне показалось, что она провела на мне около часа.
После этого Света встала — ее слегка покачивало, но выглядела она бодрой и очень довольной. Полюбовавшись на меня, глядя сверху вниз, она наклонилась близко к моему липкому от ее выделений лицу и томно спросила: «Я тебя не обидела?». На что я твердо ответил: «Нет! Я счастлив!». Свету устраивал мой ответ, она рассмеялась и начала отвязывать меня от кровати. Мы прошли на кухню, где она с явным намеком предложила выпить пива. Я отказался, объяснив это тем, что пиво, которое выпьет она, скоро окажется во мне. Мне безумно понравилось быть писсуаром для моей Светы, и она видела это. Вот так, в одно мгновение, я раз и навсегда стал послушным орудием удовлетворения самых изысканных и пикантных желаний женщины.
