подниматься всё выше и выше. В первое мгновение лицо Антонины напряглось, но алкоголь сделал своё дело, тормоза были отпущены, и в следующее мгновение она опять заливисто рассмеялась. А моя рука продолжала своё путешествие и уже добралась до бедра, но тут Татьяна накрыла её своими ла-дошками, мешая дальнейшему исследованию. — А вот, кстати, несвежий анекдот, — сказал я и рас-сеянное внимание Тани с трудом, но сфокусировалось на мне. — Заходит в купе молодая девушка. А там уже сидит парень и интенсивно жует жвачку. Девушка на него смотрела-смотрела и гово-рит: — Можете мне сказки не рассказывать, я всё равно глухая. Татьяна засмеялась и закрыла лицо руками, а, я, улучив момент, забрался рукой ей под юбку и принялся вбуравливаться между ног. Придвинувшись вплотную к Тане, я тихонько дунул ей в ушко, чем вызвал ещё один приступ сме-ха и продолжил: — Девочка нашла в песочнице пистолет. Тут мимо идёт мент. Девочка ему кричит: — Дяденька милиционер, это не ваш пистолет? — Нет, девочка, не мой. Я свой потерял. Татьяна опять расхохоталась, а я тем временем положил руку ей на талию (благо, что она у неё ещё про-сматривалась). — Милиционер допрашивает пьяного мужика и записывает данные: — Фамилия? — Чья? — Имя? — Чьё? — Чья Чьё: Китаец что ли? Теперь Тоня запрокинула голову и откинулась мне на руку, выгнув спину. Я, пользуясь моментом, прекратил попытки раздвинуть ладонью её ноги и принялся за более доступные объекты, положив ладонь ей на грудь. Татьяна попыталась высвобо-диться, но я крепко держал её.
Пора было переходить к более решительным действиям. Лаская через ткань грудь, я привлек Таню к себе, чуть повернул её лицо и закрыл смеющийся рот поцелуем. С трудом, но мне удалось раскрыть её губы и проникнуть своим языком ей в рот. После этого, сопротивление Татьяны и до этого показное, прекратилось. Её рука обняла меня за шею, а вторая легла на спину. Мы слились в страстном поцелуе, работая языками и губами как ошалевшие. Но тут на беду, раздался звук бря-цающих ключей. В этот момент у меня было чувство, как будто меня в одно мгновение сдёрнули за ноги с неба на землю. Раскрасневшаяся Таня отстранилась от меня, спешно поправляя помятую одежду, а я отъехал на своё прежнее место. Успели мы как раз вовремя: только я закончил свой маневр, как дверь открылась и в комнату вошла Катя. Скорее всего, по нашему виду несложно бы-ло догадаться, что между нами произошло, но Катя, схватив со стола кусок колбасы и не слова не говоря, пошла к себе в комнату. Спальня её располагалась за стеной кухни, поэтому ни о каком продолжении так хорошо складывающегося вечера и речи быть не могло. Но, видимо мне удалось растормошить Таню, поэтому она была настроена, закончить начатое. Я взял её за руку, но она мне прошептала: — Не здесь. Катька уснет, и я к тебе приду. Конечно, ни о каком дальнейшем про-должении банкета и речи быть не могло: мы еще тяпнули пару раз, но мыслями и я, и Татьяна бы-ли уже в будущем. На часах было уже около одиннадцати, поучительные песни, типа «Ай-яй-яй, девчонка, где взяла такие ножки?» в спальне Кати смолкли, но свет ещё горел. Татьяна принялась мыть посуду, я убрал со стола оставшиеся продукты и подошел к ней сзади: — Я буду ждать, — шеп-нул я ей в ушко и сжал ладонями её роскошные ягодицы. Она чуть выгнулась навстречу: — Иди, я же сказала, что приду. Мои ладони, лаская её булки, переместились сначала на бедра, а потом по-путешествовали по бокам и встретились внизу живота. Таня прогнулась ещё сильнее и видимо почувствовала мой напрягшийся член. Я прижался к ней ещё сильнее: — Он тоже будет ждать, — и чмокнул её в шею. После этого, я отпустил её из своих объятий и, уходя, погрозил её пальцем. Она слабо улыбнулась.
* * * * *
Вернувшись на террасу, я первым делом умылся, переоделся в чистое бельё, чуть спрыснул-ся любимым «Demon» — ом, и положил под подушку ленту
