диване, а его губы спускаются ниже, в то время как руки расстегивают легкую летнюю одежду.
Закрыв глаза, я чувствовала, как нежно и терпеливо он меня раздевает. Губами он действовал все смелее, перемещаясь по животу, лобку, а потом он раздвинул мои ноги и я почувствовала, как его горячий язык потихоньку касается самого запретного места моего тела..
— Еще, еще... — Боже, неужели это я? Ох, совсем пропала баба... Он ласкал меня все сильнее и сильнее, в какой-то момент я поняла, что если он сейчас остановится, я сама заставлю его продолжить.
— Господи, как хорошо... — Я никогда не думала, что он способен на такое виртуозное управление женским телом. Я сама двигалась навстречу ему, извивалась, разводила и снова сводила ноги, а его язык все так же продолжал играть со мной, заводя до предела.
Кончила я резко и сильно. Меня просто выгнуло от оргазма. Его голову я рефлекторно прижала к себе крепче, и не хотела отпускать до тех пор, пока не пройдет последняя судорога восторга.
— Возьми коньяк. — Улыбаясь, он протянул мне новую рюмку. — Помогает расслабиться.
— Разденься. — Я сама от себя не ожидала такого командного голоса. — Иначе я тебя просто изнасилую.
— Подожди. — Он резким движением опрокинул рюмку коньяка, выдохнул и снял рубашку. — Не спеши.
Я положила руки на его обнаженные плечи и закрыла глаза. Он опять опустил голову между моих колен. В этот раз он был намного жаднее. Он не просто ласкал языком, он пил меня, доводил до исступления снова и снова, руки скользили по моей груди, бедрам, ногам. Я кончила раз, другой, третий...
— Все, остановись! — Эти слова вырвались у меня совершенно неожиданно. — Возьми меня! Возьми!
... Мои руки лежат на его ягодицах. Я сама хочу направлять его движения, но он дразнит, входит в меня не полностью, а по чуть-чуть, и когда кажется, что сейчас я почувствую его до конца, он резко подается назад, и снова начинает меня дразнить.
— Ну, давай же, давай! — Я начинаю яростно двигать тазом навстречу ему, приближая оргазм. Но он сдерживается. А вот я — нет. Меня будто вращает в огромной центрифуге, разбрасывая в стороны звезды и галактики. Когда эта карусель прекращается, я открываю глаза. Он нежно касается моей щеки.
— Не спеши... Какая же ты все-таки торопливая...
Теперь он входит в меня намного резче. Я вскрикиваю и через пару движений снова уплываю в космос. Он целует мои губы, и я отвечаю ему с какой-то дикой страстью. Он движется все быстрее, его ладонь сильно сжимает мою грудь...
Кажется, в этот раз я просто на пару секунд потеряла сознание. Его губы касаются моего соска, и я благодарно глажу его по волосам.
— У нас еще остался коньяк?
— Коньяк-то еще есть, — он протягивает мне фляжку. — Но... Понимаешь, дело в том, что мы тут немножко набезобразничали.
Я слежу за его взглядом и начинаю смеяться. На моих конспектах лежит опрокинутая рюмка.
— Ничего... Теперь они будут пахнуть романтичным свиданием.
— Ты не устала? — В его голосе слышится какой-то мальчишеский азарт.
— А ты еще на что-то способен? — Подзадориваю его я, хотя и так понимаю, что способен, да еще как!
В окно врывается легкий ветерок, обдавая наши тела свежим дыханием. Я кладу ноги ему на плечи и не отрываясь смотрю в его глаза. И мир снова начинает вертеться перед моими глазами.
... А на полу, шелестя мокрыми листами, лежит тетрадка, благоухающая коньяком.
