юрист?
Госпожа проигнорировала его вопрос, вопросы задавала она.
— Открой рот! Шире, идиот! — И госпожа плюнула прямо в его широко открытый рот.
Плевок лежал прямо на его языке.
— Глотай! — Приказала Госпожа. — А теперь опять открой рот.
Госпожа засунула носок своей туфельки глубоко в его рот. Она трахала его рот своей туфелькой. Такого Денежный мешок не испытывал еще никогда в своей никчемной жизни. Быстро, сильно и грубо Госпожа двигала ногой в его рту.
— Соси носки моих туфель, раб... А теперь каблук... Ты можешь слизать грязь с подошв.
Эту картину можно было бы назвать «Если это и не рай, то отсюда его видно».
— Сними мои туфли и нюхай их изнутри.
У мистера Денежного мешка чуть не случился сердечный приступ от счастья. Он засунул нос как можно дальше в туфли Госпожи. Он сделал счастливое открытие, что внутри туфли госпожи были наполнены восхитительным запахом пота ее ног. «О, Боже! — думал он — какое это счастье!»
Запах и вкус.
— Дыши глубоко — чувственным голосом сказала Госпожа. — Нюхай запах моих туфель.
— Да, Госпожа.
— А где твоя благодарность, раб? — Высокомерно произнесла Госпожа, надув губки.
— Спасибо, Богиня! Какой подарок судьбы! Я удостоен такой чести... я не могу словами выразить свою признательность.
— Заткнись раб. Ты слишком много болтаешь. Это меня беспокоит. Знаешь ли ты, какие у тебя возникли проблемы?
— Я не понимаю, Госпожа, о чем вы?
— Конечно, ты не понимаешь! Потому что ты полный кретин! Однако, сегодня у меня на редкость благодушное настроение, я собираюсь предоставить тебе честь полизать внутри моих туфель.
— О, Боже! — вскричал он.
— Лижи мои туфли, раб.
— Ну? — через пару минут спросила Госпожа.
— Госпожа, вкус и запах внутри ваших туфель просто фантастический.
— Конечно. Так и должно быть для тех, кто служит мне.
Он вернулся к своей унизительной работе по вылизыванию внутренности туфель Госпожи. Он решил лизать их до тех пор, пока она не прикажет ему остановиться. Она позволила ему лизать ее туфли около 10 минут, и он не проявлял никаких признаков снижения энтузиазма. Как и все рабы — думала она — этот кретин совершенно лишен всякого самоконтроля, если его не остановить, он будет лизать мои туфли до конца своей жизни. Она встряхнула головой и забрала свои туфли из его рук.
— Вы все такие одинаковые, что это вызывает у меня отвращение. — Сказала Госпожа, глядя на меня, чтобы показать, что эти слова относятся и ко мне. — Практически все рабы, которых я знаю, просто не могут дождаться момента, когда я сниму свои туфли. После этого они начинают вылизывать мои туфли изнутри в тайне надеясь что им будет дозволено полизать мои босые ножки. Если и есть вещь, которая меня раздражает, — так это ненасытный раб. Позор! Вам должно быть стыдно уже от того, что вы могли возомнить о себе, что вам будет дозволено лизать даже туфельки Госпожи.
— Простите меня, Госпожа. Я виноват. — Пробормотал Денежный мешок.
— Нет! Я не прощу тебя до тех пор, пока ты не будешь выпорот... жестоко выпорот! Ты долго не забудешь эту порку.
Задрожав от страха, понимая, что у него нет никаких прав и никакого выбора, Денежный мешок униженно склонил голову. Госпожа выпорола это ничтожество его же собственным ремнем. Она сложила ремень пополам и начала стегать своего нового раба, оставляя багровые рубцы на его плечах, груди и ягодицах. Это была славная порка. К моему удивлению Денежный мешок принял ее достаточно стойко. После первых трех ударов ему удалось больше не стонать, хотя каждый последующий удар был сильнее предыдущего.
— Не могу поверить своей удаче! — Сказала Госпожа. — Раб боли!
Госпожа решила испытать нового раба на предмет границы его терпимости. По
