хотела перехватить его у подруги, поэтому применила запрещенный прием. Вернувшись, она зашла в круг и низко наклонилась, ставя стаканы на пол. При этом она едва не села своей расщелиной Рыжему на нос. В течении пяти долгих минут он впитывал ее крепкий мускусный запах, в результате чего Светкины груди в его сознании отошли на второй план.
Ляпа проигрался до нитки, и Рыжий по праву победителя выбрал чернявую. Они расположились прямо здесь, на полу, а Светка утащила Ляпу в спальню. Минут через пятнадцать кровать в спальне перестала скрипеть, и Ляпина партнерша, потирая набухшие соски, вышла в кухню. Марина, опираясь локтями о кухонный стол, громко стонала. Рыжий размеренно атаковал ее сзади.
— Ты, чё, уже? — спросила Марина, увидев краем глаза Светку.
— А-а! Брызнул и захрапел, — недовольно проворчала подруга.
— А мой никак не успокоится, — тяжело дыша, заявила Марина. — Не рада уже. Может, подменишь? Я хоть водки тяпну да отдышусь.
— С удовольствием. — Глаза у Светки загорелись, и она заняла позицию рядом с подругой.
Рыжий заметил изменение ситуации и, отступив на шаг, вогнал своего «петуха» в новый курятник. Светка не ожидала такого мощного удара и вскрикнула от резкой боли, но потом приловчилась и начала подмахивать. Марина, допив свой стакан и пожевав огурец, немного отошла от бешенной скачки и вновь почувствовала желание. Обойдя стол, она дотянулась своим ртом до Светкиных губ и присосалась к ним. Потом, развернувшись, легла на стол спиной и, поймав руками прыгающие перед носом «арбузы», стала поочередно заглатывать Светкины соски, слегка их при этом покусывая.
Раззадоренная троица не заметила появления в комнате четвертого. Разбуженный Светкиными «ох» и «ах», Ляпа вышел из спальни. Освещенная единственной свечой картина, открывшаяся перед его глазами, вызвала мощную эрекцию. Трезво оценив ситуацию, Ляпа направился к свободному «станку».
Когда чьи-то пальцы неожиданно обхватили ее губы и раздвинули их в стороны, Марина хотела ойкнуть, но ее рот был плотно закупорен соском подруги.
Почувствовав горячую упругую плоть. Проникающую в нее, она подняла ноги и схватила их под коленями руками.
Светка к тому времени кончила уже трижды, не меняя положения, а Рыжий продолжал в том же темпе. Изогнувшись, партнерша умоляюще посмотрела на него:
— Миленький, ну дай я тебе отсосу, а? Не могу больше!
Рыжий нехотя вынул свое «копье» из истерзанного тела и уселся на край стола. Светка опустилась на дрожащие коленки и, обхватив обеими ладонями торчащий ствол, накрыла влажными губами дымящуюся головку. Умелыми действиями она быстро довела Рыжего до взрывоопасного состояния и выдоила его на свои груди.
К этому времени Ляпа уже сложил Марину до предела, добившись максимального проникновения. С каждым толчком его тугая плоть ударялась о венчик маточной шейки. В последний момент венчик раскрылся, и горячая струя оросила нежную внутренность Марининой матки, доведя девушку до высочайшего экстаза.
Всем участникам групповухи требовалось расслабление и отдых. Хотелось пить, а выпивка уже кончилась. Девчонки пошептались и отправили Ляпу за добавкой, снабдив его малопонятными инструкциями — как пройти к ближайшему ночному «комку». Ляпа, нехотя, натянул свои шмотки и вывалился в ночную мглу.
Он долго блуждал по темным улицам. Наконец, выбрался в цивилизованный район и отмахал еще километр до ближайшего магазинчика. После продолжительных препираний с сонной продавщицей (не хватало червонца), он, затаренный, отправился обратно. В общей сложности гонец проходил больше часа. Найдя нужный дом, он поднялся на крыльцо. Входная дверь приоткрыта, внутри темень и тишина.
— Рыжий, ты здесь? — вполголоса произнес Ляпа. — Девки, ау-у!
Он на ощупь двигался по кухне. Наткнувшись на стол, аккуратно
