прикоснусь к нему, но смогу и сжимать, и целовать, и шлепать, а теперь и трахать его — я бы сошел с ума. Черт, но и ебать ее в рот тоже приятно, так приятно, что не хочется отрываться — она так аппетитно причмокивает и так сладострастно мычит, моя теща. Но надо — она ждет меня в другом месте, тоже чем-то напоминающем рот, но гораздо уже. Но и глубже.
Член выскочил из Катиного рта со звуком бутылочной пробки, и переместился на другую исходную позицию... я навис над ней сзади. Вспомнилась одноклассница — эти мгновения перед входом были самыми ответственными... отбросить стыд, не трусить, не думать ни о чем, кроме того, что делаешь, помнить, что скоро станет хорошо, божественно, и не столько от самого сношения, сколько от ощущения полной власти над женщиной, которая в эти минуты отдает тебе не только свою плоть, но и саму душу.
И вот я направился навстречу к Катиной душе, путь к которой лежал через ее задницу. «Сладкая попка, какая сладкая» — приговаривал я, наблюдая, как узкое отверстие покорно принимает в себя головку моего члена, расширяясь до нужного диаметра. Я остановился, запоминая эту картинку. «Ну же!» — поторопила меня теща. Было заметно, что она немного боится и, как пациент в кресле дантиста, мечтает поскорее избавиться от ожидания боли. Что ж, она ожидала боли, так почему бы не пойти ей на встречу? Одним быстрым движением я вонзил свой хуй в Катину жопу до конца. «Бо-о-льно» — завыла Катя, тут же уткнув лицо в подушку и не давая крику вырваться. Я же повторил заход, и еще, и еще, и вот я уже сбился со счета, а Катин задний проход, поначалу сухой и неуютный, повлажнел и потеплел. Катя же перестала выть и, поймав мой темп, стала помогать мне, виляя попкой мне навстречу и пытаясь раздвинуть руками свои ягодицы, облегчая мне работу. На пару мгновений я вынул член, наблюдая как разошедшаяся дырочка снова сужается, но тут же восстановил статус-кво, вернув член в объятия Катиной задницы.
— Поговори со мной, — попросил я ее. — Я хочу знать, что ты чувствуешь.
— Твой хуй чувствую, что же еще? — ответила Катя чуть погодя.
— Где?
— А ты не знаешь?
— Скажи!
Ответа не было. Тогда я стал ебать Катю еще жестче, звук ударов моих яиц о ее ягодицы напоминал звуки пощечин.
— В моей заднице! — сдалась Катя.
— Где?
— В жопе моей, в жо-о-о-... — ее тело стало содрогаться.
— Кончаешь, шлюха?!
Она действительно кончала. А я не отпускал ее, мне было хорошо и я мог продержаться еще долго. Поэтому я только усилил темп.
— Бо-ольно, Толенька! — взмолилась через некоторое время теща. — Отпусти! — Но я был неумолим...
— Я еще не кончил, Катя. — Я продолжил. Теща опять затрепетала.
— Врешь ведь, сучка, озлился я, — ты ведь опять кончаешь. — Катя сдалась.
— Толик, я хочу посмотреть, как там. Дай я на тебя сяду.
Я оторвался от нее, лег на ее место и позволил ей сесть на меня ко мне спиной. Она приподняла задницу и направила туда мой член. Он легко вошел в ее заднее отверстие и теперь уже Катя стала ебать меня своей попой. Она наклонила голову, наблюдая как мой член входит в ее задний проход, и это зрелище распалило ее еще больше. Она ублажала свою пизду пальцами, а меня подергивала за яйца.
Но вот и я стал кончать, чувствуя как моя сперма, не находя себе места в женской заднице, стекает мне на лобок и яйца. Катя размазывала ее ягодицами и кончала вместе со мной, не переставая ублажать свою пизду пальцами.
— Боже, Толик, что ты со мной сделал...
Позже она упрекнула меня...
— Ты назвал меня шлюхой. Как ты посмел?
— Мне просто захотелось. А ты что обиделась?
Она улыбнулась...
— Да нет. Ты просто озвучил кое-какие мои мечты. Я когда мастурбирую, представляю, что отдаюсь первому встречному... беру его руку, направляю себе в трусы, он лапает
