На переезде, через железную дорогу, я двигался в крайнем правом ряду (в то время там было двухрядное движение), а первый в моей жизни газельщик очень торопился и летел по разбитой обочине. Увидев перед собой большую яму, газельщик резко принял влево. Раздался сильный удар, потом еще несколько, Конек-горбунок вспыхнул. Как потом было установлено, в результате столкновения разрушился один из цилиндров, его осколки пробили бензобак, разорвали бензопровод, что и послужило причиной пожара. Из справки выданной ГАИ я понял, что это была не Газель, а другой тип вражеских машин — «Ford-Transit». После оформления всех формальностей мы поплелись на станцию и с пересадкой на электричке доехали до дома.
Забыв про всякую конспирацию я оставил Машу у себя. Когда я пришел на обед я увидел подругу с окровавленным лицом сидящей на лавочке. Рядом стояли ее вещи и мой тревожный чемодан, в который как потом выяснилось досрочно (на два дня) вернувшейся из отпуска женой была уложена «моя доля совместно нажитого имущества».
Делать нечего, отправив Машу в медсанчасть, с ней я показаться там не мог, так в это время у меня закончился очень бурный роман с медсестрой Любой, работающей как раз в отделении хирургии.
Сам я зашел на службу и отпросился до конца дня, чтоб переселится на квартиру приятеля и забрать Конька-горбунка. Одолжив, в автопарке кран и грузовик я был готов к эвакуации останков своего первого автомобиля. К ночи мы доставили останки машины в гараж, а сами разместились на квартире приятеля. Ночью мы просто спали:
Когда на следующий день я прибыл на службу замполит и моя моя боевая подруга Юля, за которой этот боец за чистоту морали безуспешно ухаживал много лет, а я снимал сексуальное напряжение в служебное время, уже знали, что «я бросил жену и двух детей и поселил к себе в квартиру деревенскую б... дь». Юля была замужем. У нее рос прекрасный сын, муж заботился о семье, но сексом они занимались раза два: три в месяц. Она все время хотела хорошего твердого члена. Она хотела его во влагалище, в рот, в попу, между своих прекрасных стоячих грудей четвертого размера. При этом она сильно заботилась о своей репутации. Я для нее был идеальным любовником. Все время рядом и в любой момент готов. Наши отношения я не афишировал. При возможности затыкал рот всяким сплетникам и кулаком и административными мерами. А Юле я помогал чем мог — написал диссертацию, пробил квартиру для ее семьи, обеспечивал служебный рост. На срочно собранном партсобрании мне объявили строгий выговор по партийной! линии с занесением в учетную карточку, и замполит побежал в кадры отзывать мое представление на очередное воинское звание — полковник.
На собрании больше всех меня естественно осуждала секретарь комсомольской организации член КПСС старший лейтенант Юля. После собрания Юля предложила не разрывать наши отношения, а расслабиться. Естественно я не мог отказать обиженной мною женщине... Мы заперлись у меня в кабинете. Я запустил на своем компьютере слайд-шоу с откровенными картинками (у меня их было около двухсотен). В то время не было хорошего интернета, CD-ROM, разных плэеров и т. п., поэтому приходилось довольствоваться малым. Программу для показа этих картинок я написал сам, картинки мы с друзьями качали дома с инета и обменивались ими на работе.
Возникла проблема, после всех этих переживаний у меня не стоял. И Юля ничего не могла сделать. Тогда мы пошли на крайнюю меру, она разделась, оставив только форменный китель на голое тело. Я достал вибратор которым моя подруга очень любила пользоваться во время наших совещаний, она встала на колени, вставила его во влагалище и включила. Я оголил головку члена и стал водить им по шершавому погону, периодически натыкаясь на острые края звезд, эмблемы и пупырчатую поверхность пуговочки. Юля лизала член язычком. О чудо когда головка дошла до края погона и задела
