будете ее за это бить. — Ее нет, тебя да! — Вероника смеясь намахнулась, девица Ленка взвизгнула и отбежала. Следующим жестом я был приглашен в ватер клозет.
Клозет был достаточно просторным, но унитаз стоял только один. В заполнившей его на три четверти в мутной коричневой воде плавали две крупные свежие какашки. Вероника усмехнулась, покачала головой и обратилась ко мне: — Ну что, Вы еще не передумали?
Мне было ужасно стыдно. Я представил, как буду сейчас ковырять чужое дерьмо... В туалете прочно держалось густое амбре свежего дерьма. Я посмотрел в унитаз, на Веронику, на заглянувшую в дверь Лену и... возбудился. Наверное, замотанное тело дало ошибочную реакцию. Но мысль о том, что я буду сейчас чистить говно этой симпатичной девушки меня безумно возбудило.
— А что это молодой человек будет сейчас делать? — кривляясь, спросила Лена. — Чистить твое дерьмо! — задорно ответила Вероника. — Молодой человек сантехник.
Из коридора послышался бурный взрыв хохота.
— Ой, мне так неудобно... — Лена в цвет дурачилась. — Знала бы я, тогда не стала бы какать... так много. Но вы, молодой человек, не пугайтесь. Я ела сегодня только качественные, экологически чистые продукты. — Новый взрыв хохота. Лена нисколько не стеснялась деликатности ситуации. Остальных же она просто забавила.
— У вас есть какие-нибудь инструменты? — только и смог произнести я.
Инструментов у девушек, разумеется, не оказалось. Дружно думали, чем их можно заменить, высказывались различные предложения. Наиболее остроумным в глазах общественности выглядело: «А Вы не могли бы, молодой человек, сперва нырнуть туда и посмотреть, чем же все-таки забился проход?». Во время обсуждения все девушки, находившиеся в офисе, сбежались смотреть на это зрелище. Вероника прогонять никого даже не думала.
В итоге в подручные средства был выбран лист картона, свернутый трубочкой. Я закатал рукав джемпера, огляделся вокруг. Все девушки стояли и смотрели на меня затаив дыхание. Тем временем Вероника поведала окружавшему дамскому обществу мою историю. Мол, наш гость, из далеких краев. Холод и голод заставляют его браться за любую, даже самую непрезентабельную работу. Со стороны Вероники это было, конечно, предательство. Но я разве ожидал что-нибудь другое?
Я погрузил руку в унитаз под всеобщие апплодисменты. Картон быстро размокал, а унитаз чиститься не хотел. Одна из девушек в распахнутом кожаном плаще и изумительно короткой юбке заявила, что от жалости к трудностям пролетариата она сейчас пустит слезу. И чтобы хоть как-то облегчить безрадостные будни трудового класса она его хочет дополнительно застимулировать. И кинула в унитаз пятирублевую монетку.
Это было уже форменным издевательством. И возможно именно поэтому многим идея пришлась по душе. Многие девушки полезли в карманы и принялись кидать в воду монеты. Не осталась в стороне и Вероника, запустившая туда целую горсть.
— Не теряй времени, господин сантехник! — воскликнула она. — Когда ты прочистишь унитаз монеты могут смыться.
Я застыл на несколько секунд, отчаянно решая, что же мне делать. Остановился на мысли, что хуже уже не будет. Подошел к умывальнику, вымыл руку. Затем стянул через голову джемпер, футболку, положил на стоящую рядом спортивную сумку. Затем залез рукой в унитаз и начал выгребать оттуда монеты. Какашки Лены бились о мой локоть. Когда я наклонялся, расстояние между лицом и дерьмом сократилось до десяти сантиметров.
Одна из девушек, брюнетка с короткой стрижкой в черных брюках клеш произнесла: — Эх, знала бы я наперед об этом шоу, покакала бы вместе с Ленкой. Ленка, ты везучая! Посрала от души, а парень твое говно чуть ли не целует. Даже не знаю, что и сделать от обиды... Придумала!
С этим возгласом девушка подошла ко мне сбоку. Развернулась спиной, нагнулась так, что
