жарко.
Светлана посмотрела на него, так как смотрят женщины на мужчин, а не как на сына. А так как взгляд жены откровенно говорил мне, что она решила обновить купленный пеньюар и гарнитур, я налил еще по бокалу вина.
Уже действительно играя, Светлана, покачивая бедрами, ушла переодеваться.
Как только жена ушла в спальню, я повернулся к сыну и предложил выпить вино, растягивая удовольствие, я продолжил разговор.
— Мы сегодня решили сделать тебе необычный подарок. Саш, как ты смотришь на то, что бы поиграть с матерью.
Сын не смотрел мне в глаза и явно стеснялся.
— Пап это значит, мне будет можно ее ласкать и даже...
— Вот именно. Сегодня твой день рожденья и она же сказала, что можно все. Тем более ее заботит, что ты занимаешься онанизмом, а настоящий секс избавит тебя от этого.
— Но я не смогу. Мне будет неудобно. Как ты представляешь это? Мам давай я тебя трахну. Пап я не смогу так.
— Все намного проще, (ответил я) сейчас она выйдет переодетая, ты увидишь, что она пригодилась к сегодняшнему вечеру, она специально купила новое белье, что бы выглядеть привлекательнее для тебя, я начну ее ласкать, а ты просто присоединишься к нам. Пойми сынок, если она заранее готовилась, то сама хочет играть в эти игры. Все очень просто. Следи за мной, а я буду тебя направлять.
— Все равно как-то неудобно (возразил сын).
Но на этом наш разговор закончился потому, что из спальни вышла Светлана.
Да это было что-то. Шелковый пеньюар струился по ее телу и немного закрывал колени. Бантик у шеи стягивал его вверху, а к низу полы расходились и были видны ноги в телесных чулках с блесками, белые ажурные трусы и сквозь верх просвечивался миниатюрный бюстгальтер, который закрывал только соски и то наполовину. Она шла к нам, покачивая бедрами, и когда ноги касались, друг друга слышался шелест белья. Вид был нереальный, и у нас остановилось дыхание от вожделения. Сын смотрел эту сцену широко открытыми глазами и даже открытым ртом.
Я встал и снял свою рубашку. Было очень приятно прикоснуться телом к этой прелести. Я поймал губы жены и крепко поцеловал ее. В то время когда наши языки гладили друг друга мои руки нахально ощупывали и ее зад ее груди и живот. Не выпуская ее из объятий, я стал медленно перемещаться в позицию сзади. Губы скользили по шее затылку и по плечам, а рука медленно соскользнула в трусы. Нежно поглаживая лобок, я взглянул на Сашку. Его глаза горели, а брюки оттопыривались так, что я засомневался в надежности молнии. Светлана расслабилась в моих руках и похотливо стала напирать задом на мой, изрядно вставший пенис. Специально отведя в сторону подол пеньюара, так чтобы шелк не скрывал тело, я взглядом пригласил Сашку, присоединится к нам. Чуть дыша, он встал и медленно, преодолевая робость, приблизился. Я ободряюще, притянул его к Светке. Дрожа всем телом, сын обнял жену за талию. Бантик на шее был развязан и халатик распахнулся совсем. В каждом движении сына была неуверенность и боязливость, но все-таки он заставил руки подвинуться немного ниже. Мне нечего не оставалось, как только помочь ему в познании женщины. Взяв Сашкины руки в свои я положил их на Светкину попу и заставил гладить ее. Пошло легче. Поглаживания перешли в тиканье, он стал сильно сжимать ее задницу в своих руках. Светлана начала постанывать и от этого прибавилось смелости. Прикоснувшись к ее шее, я наклонил ее голову, и жена поняла меня. Губы немного приоткрылись и слились с губами сыны. Они целовались долго и страстно, я видел, как женщина учит мальчика страстному поцелую, проникая в его рот своим языком.
Все пошло как надо.
Помогая сыну рукой, мы стали ласкать жену в четыре руки. Проводя по лобку, я натыкался на стоящий член моего сына, который плотно прижимался к ее бедрам. Но еще ни разу он не смог погладить ее щелку. Это нужно было исправлять, как и раньше я взял его руку в
