слезы.
— Как это сколько — сорок один раз. — Сказал я. — Мы же с вами договорились, что вы считаете сами, как триста насчитаете, так и конец, только, чур, не жульничать, вот Алексей проверять будет.
— Хорошо, мы готовы. — Сказал Андрей, поняв в какую игру они ввязались.
— Продолжаем! — И с этими словами я продолжил порку.
Конечно, я переоценил их силы, до трехсот они бы досчитали через неделю, когда удар они принимали оба, то ни один не мог внятно произнести номер, затем, когда я обрабатывал Женю, говорил Андрей и наоборот. Ребята стали плакать, на полу образовались лужицы из слез. Спины лоснились от пота. Следы от ремней вспухали и были багрового цвета на фоне красных, распухших ягодиц, а ведь впереди были еще розги. Несколько раз я попадал по яйцам, вызывая тем самым звериный вой и попытки, ругаться, которые немедленно пресекались новым сильным ударом. С грехом пополам, ребята досчитали до первой сотни.
Я увлекся поркой и не обращал внимания на Алексея, который тем временем возбудился настолько, что поспешно стал освобождаться от своих джинсов. За то время, которое прошло с момента его первого семяизвержения он видимо неплохо научился онанировать. Алексей, освободившись от тесных джинсов, спустил трусы и принялся утруждать руку над своим членом, уставившись на ребят и их исполосованные задницы. Его член, как мне показалось, даже немного подрос с момента моего с ним знакомства. Лешка онанировал, не стесняясь нашего присутствия, ребятам было не до него, а я, наверное, так бы и не обратил на него внимания, если бы чисто случайно не кинул взгляд в его сторону.
— Леша! — Позвал я его.
— А! Что? — Дернулся Алексей, попытавшись прикрыться своими джинсами и уставившись на меня, залился краской.
— Подойди поближе, будет лучше видно, свои джинсы и трусы можешь оставить в кресле. — Сказал я, представив себе как он извергает сперму из своих яиц на горящие попки Женьки и Андрея. Лешка, не понимая, посмотрел на меня, ребята завертели головами, пытаясь понять, в чем дело. Я жестами стал объяснять, что я от него хочу. — Удобнее встать на колени.
— Что он там хочет с нами сделать? — Спросил Женя.
— А ты как думаешь? — Сказал я. — Ну, что Леш, приступим? — Сказал я, подмигнув Лешке. Он начал дрочить, смотря на задницы ребят, а я принялся по ним бить своей плеткой, через тридцать ударов ребятам суждено познакомятся с ивовыми и березовыми прутьями.
— Ну что, ребята, продолжим экзекуцию по собственному желанию? — Спросил я.
— Да, продолжаем. — Ответил Андрей.
— А, что думает по этому поводу Женя? — Спросил я.
— Да, я согласен. — Отозвался Женя, охрипшим голосом.
— Ну, если возражений нет, то тогда продолжаем. — Сказал я, опустив плетку на ягодицы ребят.
Я продолжил порку, а Алексей принялся онанировать, его рука ходила вверх и в низ по стволу его члена, то, оголяя довольно крупную головку, размером с крупную южную сливу, то, опять одевая ее в кожистый чехол. Пока я давал десять ударов ребятам, Лешка уже почти дошел до кульминации, я жестом попросил его приостановиться, что он нехотя и сделал.
Я хотел взять передышку перед розгами и дать ребятам почувствовать на своих попках теплую Лешкину сперму, ну а если Алексей соизволит, то и в прямой кишке. Хотя Алексея хватило бы, наверное, и на два спуска подряд, но рисковать не хотелось.
— Ладно, последние двадцать ударов я вам прощаю, после небольшой передышки, вы познакомитесь с розгами, правила будут те же самые. — Сказал я. — Алексей, можешь делать с ними все, что захочешь, только не бей. — Сказал я Лешке.
— Хорошо. — Ответил он, поняв, почему не дал ему только что кончить.
— Ребята, вы все поняли? — Спросил я у Андрея и Жени.
— Да, а что там хочет от нас Алексей?
