ныла. Что делать? Пошла в туалет и решила ... все-таки выполнить его желание. Я сняла трусики и мою гладкую киску стало непривычно обдувать ветерком каким-то. Странное ощущение, но очень будоражит. Я решила погладить клитор, уж больно он ныл от похоти. Но до оргазма доводить себя не стала, я все еще надеялась, что он меня сегодня трахнет. Возбужденная, я отправилась на танцпол. Вытащила его из-за стола и принялась танцевать вокруг него, а трусики затолкала в нагрудный карман его рубашки. Я видела по его глазам, что он очень меня хочет, но решила распалить его еще сильней. Я танцевала, извиваясь вокруг его тела, терлась попой о низ его живота, отчетливо ощущая бугор, который заводил меня все сильнее. Текила, громкая музыка, отсутствие нижнего белья — все это сделало свое дело, я отчаянно хотела, чтобы его член долбил меня долго-долго. — пойдем отсюда, — наконец услышала я, и мы покинули рок-кафе. Я не могла уже больше терпеть, мне так хотелось почувствовать его внутри себя и я понимала, что до дома просто не доживу. Видимо, он ощущал то же самое, потому что мы вдруг оказались в каком-то сквере на гостеприимной лавочке, скрытой в темноте в конце тенистой аллеи. Было часа три ночи, и людей в сквере не было, чему я была очень рада. Он сел на скамейку и пытался притянуть меня к себе, но я увернулась и быстро расстегнула его ширинку. Оттуда выскочил он, предмет моих вожделений, и я, долго не задумываясь, расставила ноги и села к нему на колени. Сначала я потерлась о него киской, он был очень горячий, очень твердый и сводил меня с ума. Макс спустил с плеч мое платье и освободил мою грудь, которую и принялся неистово покусывать и мять. Я же взяла в руки этот член и, привстав, начала вводить его в свою скользкую, пыщущую жаром щель. Раскачиваясь на его коленках взад и вперед, я все сильнее насаживалась на эту дубину, он заполнял меня всю, мне все время казалось, что места внутри меня не осталось, но еще чуть-чуть, еще чуть-чуть, и он входил все глубже и глубже.Он обхватил меня за бедра и я принялась приподниматься и опускаться на его толстом члене, он скользил, плотно обхваченный моей мокрой киской, я сходила с ума от того, что меня наконец трахают, таким большим и толстым членом... мне казалось, что я готова насаживаться на его член бесконечно долго. Хотелось трахаться все быстрее и быстрее, но я не могла удержать темп, поза наездницы никогда не была моей сильной стороной. Тогда он увлек меня за скамейку, под дерево, расстелил свою толстовку на траве и заставил меня встать на четвереньки. Он пригнул мою голову к земле, я прижалась к ней еще и плечами и грудью, выставив свою попку и киску вверх. Он заставил меня еще сильнее прогнуться в пояснице и с размаху вставил свой член в меня, от чего я непроизвольно застонала. И понеслось — все, что я помню, это хлюпанье моей мокрой киски, свои стоны и его покряхтывание, то, как он сжимает мои ягодицы руками, как его член долбит и долбит мою пизду, а яйца с размахом ударяются о мои нижние губки. Сколько эта сладкая мука длилась, я не знаю, мне казалось, что так будет вечно — поршень двигаться внутри, мокрая киска хлюпать, соки течь по ногам, меня распирало изнутри, я кончила так, что затряслись ноги, он закрывал мне рот своей рукой, потому что я стонала, а я хватала его пальцы и стремилась обсосать их в своем рту. Бешеный темп, стон, удар горячего семени внутри меня... он расслабился и выпустил меня. На дрожащих ногах я присела на толстовку, он опустился рядом. — расставь ноги. — я послушалась, и мы принялись наблюдать, как из меня вытекают наши общие соки, смешиваясь и блестя на моих бедрах, пачкая мои чулки.Отдохнув и перекурив, мы решили отправиться ко мне. Шли, держась за руки, я все еще без трусиков и с мокрыми, трясущимися ногами, и он, говорящий мне такие непристойности, что я была готова бежать до дома и воплотить все его слова в жизнь тут же, тут же!Дома мы
