задам тебе один нескромный вопрос. Твои родители что, пьют?
— Да нет. С чего ты взял? Просто у них своя жизни, а у меня своя.
— А в школу ты ходишь?
— Да как тебе сказать, бывает...
— Понятно. Я таким же был когда-то...
— Саш, — оживился Юрка, — а у тебя компьютер есть?
— Конечно!
— И игры?
— Да все у меня есть. Только уговор — сначала умываться, завтракать, потом звякнешь «своим» что ты жив и здоров, а уж потом все остальное. Договорились?
— Ага!
Юрка натянул на себя трусики и побежал умываться.
С этого дня он остался жить у меня. Я, наконец — то нашел то, что давно давно искал. Юрчик сказал мне тоже самое.
Я подъехал к Юркиному дому через десять минут. Антонина Петровна уже ждала у подъезда. Она села в машину, и мы рванули в больницу.
— Антонина Петровна! Я так рад, что Юрке стало лучше. Теперь дело пойдет на поправку, я уверен. Он звонил только что! Голос бодрый, радостный! Как будто даже и не было никаких операций, никакой комы...
— Он ЗВОНИЛ? Ты ничего не перепутал? — голос ее был, какой то глуховатый. Будто простуженный.
— Да нет, что вы! Я его голос отличу из миллиона голосов! Представляете, как он будет рад, увидев нас с вами! Я позавчера был у него. Подарок сделал, тринадцать все-таки... Мобильник подарил. Он и звонил с него! Наверное...
А вчера вернулся в город поздно, думал заехать к нему, с дежурными не проблема, да думаю, спит уже. А он взял и сам позвонил! Вам он не звонил?
— Утром, вчера. А потом нас дома не было. Может и звонил...
— Ну, ничего! Мы сейчас его обрадуем!!!
Вот и больница. Я даю денег, кому надо и мы идем к лифту. Четвертый этаж, палата 402.
Антонина Петровна своей рукой останавливает мою, собирающуюся нажать на цифру четыре. — Саша, нам не туда, нам в подвал. ТАМ морг...
На обратном пути она мне все рассказала... «Юрка умер вчера вечером.
Умер тихо. Во сне. Сначала думали, что снова кома...
А потом мне позвонили. По тому же мобильному. Сказали, что тело можно забрать завтра.»
Я машинально следил за дорогой, а перед глазами стояла его последняя улыбка там, в морге, когда я бросился целовать его безжизненное тело. Наверное, все дети умирают с улыбкой, жаль, что взрослые этого не замечают!
В кармане снова затренькал телефон.
— Саша! Прости меня! Так уж получилось... Можно я буду еще звонить тебе?
— Юрка!!! Это ты??? Как это может быть???
— Я пока сам во всем не разобрался. Просто после ЭТОГО, если очень захотеть — тоже можно звонить. Только ЗДЕСЬ нет телефона...
Я взглянул на определитель. — «номер не определен».
— А как мне связаться с тобою? КАК?
— А ты спроси у Ливня. Он — то все знает. И привет ему передай. От меня...
