Моя жена старше меня на два года. Так случилось, что у нее много незамужних подруг. Все в районе 40 лет. И это непочатый край работы для меня. Знаете, я конечно, как и все мужики, люблю блядей, но еще больше я люблю таких вот нераскрученных, недоебанных, рыдающих по ночам в подушку от одиночества, не очень красивых, но умных интеллигенточек. С виду алтайская целка, а внутри такая же блядь, как и все, просто немного не повезло в жизни. И нужно приложить лишь немного старания, чтобы дать ей раскрыться. Вот летом случай был. Жена пригласила одну в гости. Ну я сразу, пузырь водяры на стол. Сидим болтаем. Такая хорошая беседа. Бабам нравится. Под это дело пузырь кончился. Я сбегал за вторым, да и третий прихватил. Продолжаем. Я сижу, охуеваю. Наливаю по полной. А они их тут же осушают. Ну ладно эта подружка... , а моя-то, моя. А подружка надо сказать примечательная.
Такая, блин, баба-гренадер. Метр-85; буфера, именно, как буфера; талии нет, но не толстая, а такая плотная, сбитая; да еще и брюнетка, и натурально кудрявая. Практически Отелло, только баба, и кожа белая-белая. А, что в этой ситуации с подружками хорошо, я от жены всю их внутреннюю и внешнюю жизнь знаю, у меня на каждую из них досье. Так вот открываю я это досье и, что мы имеем. Наташа, 37 лет, не замужем и не была, детей нет, но не девочка, секс любит, тяготеет к случайным связям. О'k, можно работать. Но не сейчас, жена мешает, как нибудь потом. Вечеринка движется к концу. Я встаю. Пора спать. Жена тоже встает и тут же падает. Мы поднимаем ее. Она обводит нас мутным взглядом. «Как же я напилась!» — говорит она. Медленно по стенке идет в ванную. Я ухожу в свою комнату. Всего их три. Наташке постелили в маминой. Раздеваюсь. Накидываю халат. Выхожу. В ванной хлещет вода. Жена пытается, прийти в сознание.
Иду на кухню. Н. стоит у плиты и смотрит в пол. Я улыбаюсь ей и, совершенно без задней мысли, почти по дружески, обнимаю ее. И вдруг она хватает меня обеими руками, с силой прижимает к себе, впивается своими пухлыми губами в мои и через какое-то мгновение я вздрагиваю от неожиданности, когда ее рука проскальзывает под мой халат и сильно сжимает мой член. Еще никогда у меня не вставал с такой скоростью. Я забыл о жене, об опасности, обо всем, а может не забыл, а наоборот помнил, но это только обостряло желание. Я обхватил это большое тело и мы несколько минут сосали друг друга. Ее рука продолжала лапать меня то за яйца, то за ствол.
Я уже подумал: «Щас трахну, несмотря не на что!», но в какой-то момент она также резко, как прижалась, оторвалась от меня, огляделась и сказала:» Пусть она заснет! Ты хороший мужик! С тобой можно...» Что можно она не сказала, но твердо отстранилась от меня и пошла, тоже правда немного покачиваясь, в отведенную ей комнату. Прикрыла дверь. Я посмотрел вниз: член торчит из-под халата. Пришлось засунуть его под пояс и затянуть потуже. Пошел в ванну. Жена лежит головой в раковине. По виску течет холодная вода. Я выключаю воду, поднимаю ее, тащу. Она вырывается, заплетающимся языком канючит: «Пусти! Оставь меня! Боже, как мне плохо! Зачем же я так напилась!» Я раздеваю ее, кидаю на кровать, она утыкается головой в подушку. Я жду еще две минуты. Она вроде не двигается. Сил терпеть больше нет. Хуй выскочил из под пояса и я хуем вперед порысил в другую комнату. «Ну, что заснула?» — спрашивает Н. «Заснула, заснула», — говорю я и уже собираюсь скинуть халат, как дверь неожиданно открывается и появляется жена. «Наташ, ты как? Легла? Устроилась? Ничего больше не нужно?» — озабоченно спрашивает она, а сама еле на ногах стоит."Да все нормально!» — я хватаю жену в охапку и опять тащу, а сам про себя покрываю ее матюками.
Опять уложил, подождал пять минут, погладил даже, чуть ли не колыбельную спел. Затихла. Теперь вроде можно. Бегу, халат на ходу скидываю. «Ну, спит?» — опять спрашивает."Да спит! Спит!» Задираю одеяло. Н. лежит голая, широко расставив ноги, чешет свою пизду. Я
