Лунный берег освещали мерцающие звезды. Легкими волнами туманного океана он омывался уже тысячи столетий. Но этот вечер был особенным. Сегодня, именно в этот час, когда Луна освещала дорогу влюбленным, Она пришла на это берег. Она не была влюблена ни в кого. Она любила только собственное тело, которое было совершеннее, чем что либо, созданное Богом на этой земле. Длинные прекрасные стройные ноги, там, где они смыкаются — манящий треугольник черных завитков волос, красивейший плоский живот. Выше — две совершенные формы грудей, лучшее, что могла создать природа. На белой коже, мерцающей в темноте, два маленьких розовых соска, похожие на сердцевину розовых хризантем. Необычно и очень притягательно было то, что на левой груди, почти у самого соска была отметинка, темное родимое пятнышко, которое создавало неповторимую красоту и притягательность, казалось бы совершенного, но ещё невинного тела. Округлые плечи плавно переходили в высокую, нежнейшую шею, которую венчала самая красивая голова на свете. Овал лица нельзя было бы забыть, хоть раз увидев. Мягкая, бархатистая кожа, так и звала прикоснуться к ней губами. Губы, как лепестки лилии, тонко очерчены самой природой. Нежный розовый оттенок чайной розы притягивал взгляды не одного мужчины и женщины. Дерзко вздернутый носик, тонкие черные брови, венчающие самые красивые глаза в мире. Черные длинные ресницы прикрывали глаза способные свести с ума с первого взгляда. Их цвет поражал глубиной и необычностью. Яркий сапфировый свет сквозил во взгляде и, казалось, обещал то, что находилось за гранью воображения.
Да, Она обещала, но мало кто мог получить это обещание. И вот, сегодня, этой ночью Она пришла на берег океана, чтобы слиться с природой, отдаться во власть ночной стихии.
Золотистый песок ещё не отдал своё тепло дневных солнечных лучей. Она опустилась на колени, напоминая обнаженную египетскую статуэтку, будто молясь на повелительницу ночи — Луну. Её руки коснулись песка, ощутив тепло. Изящно и грациозно Она легла на спину, почувствовав мягкость песка. Её ноги омывались прохладной водой океана, достигая почти до колен. Ветер прогуливался по её телу, касаясь губ, груди, живота, лона, скрытого в треугольнике черных завитков. Её волосы разметались по песку, создавая контрастную картину золотистого фона песка и чёрной волны шелковистых прядей. Губы приоткрылись для поцелуя ветра. Ночной бриз ласкал грудь, так, что её соски напряглись. Океан, набегая своей прохладой, каждый раз касался её ног, приносил волну возникающего желания. Чуть приподнявшись, Она двинулась ближе к воде. Согнув ноги в коленях, Она развела их в стороны. Первая волна, достигнувшая её открытого цветка любви, пронзила током всё тело. Глубокий вздох вырвался из груди. Спина изогнулась от наслаждения. Каждая новая волна передавалась по всему прекрасному телу, достигая мозга и сводя его с ума. Грудь напряглась, так, что соски призывно торчали к небу, требуя к себе внимания. Её руки накрыли грудь... прошлись вниз, достигнув лона любви, вернулись к груди. Пальцы захватили соски, чуть прищепив их,... отпустили, легонько погладив... Губы увлажнились, по спине шли электрические разряды. Постепенно волны перестали приносить удовлетворение. Желание перешло в нежную боль, где-то внутри тела, изредка, пронесясь по всему телу. Она знала, что сегодня особенный день. Сегодня Она перестанет быть одним целым...
Он, как обычно, гулял по побережью, но сегодня зашел чуть дальше. Его сильные ноги ласкали волны, преклоняясь перед его мужественностью. Он разделял одиночество с этой ночью до тех пор, пока глаза не увидели необычную картину. Девушка, словно русалка, выброшенная на берег стихией, состязалась по красоте с Лунным светом. Зрелище, что предстало перед ним, немедленно погнало волну желания в его чресла. Он видел, как нимфа ласкает себя, видел, как волны достигают той
