пожалуй-ста.
Срывающимся от волнения голосом, стараясь не смотреть ей в лицо, я рас-сказал всё.
— И ты в это поверил, Дан? — Лили нежно погладила меня по щеке.
— Но я же видел!
— Глупый, глупый Дан — она вдруг улыбнулась и прижалась ко мне, крот-кая и очаровательная.
Куда делись мои мучительные переживания.
— Знаешь, как мне было плохо, Лили? — я уронил голову на её плечо.
— Думаешь мне приятно то, что было у вас с Эллой?
— Ты знаешь об Элле? Но тогда еще не было тебя, Лили.
— Я уже была Дан.
— Почему же я тебя не знал?
— Ты не замечал меня Поверь, когда тебя не замечают, делается еще больнее.
— Лили, ты для меня больше чем жизнь, — неожиданно для себя я поцело-вал ее и замер, пораженный своей дерзостью.
— Хочешь, у нас все будет точно так же, как у вас с Эллой? — прошептала она.
Я не поверил своим ушам. Неужели это возможно7 Я помчался к заброшенной баньке не чувствуя под собой ног. Вбежав, наполнил тяжелую бадью водой. Потом яростно дул в огонь торопя его перескакивать с ветки на ветку. Наконец блаженное тепло согрело отсыревшие стены, заструилось над разогретыми камнями очага. Я окатил шероховатые половые доски водой и остановился не в силах представить прекрасную Лили лежащую, подобно Элле, на этом полу.
Я вышел на улицу Было облачно и тихо — так, что отчетливо слышался шорох ползущих в папоротниках гадов «Нет, этого не может быть, — шептал я — Неужели это случится? Неужели Лили будет сейчас моей, здесь?"Я завернул за баньку, напряженно ловя каждый звук Наконец послышались легкие, торопливые шаги Она торопилась! Она тоже ждала этой минуты! Скрипнула дверь, и я увидел, как в баньку вошла Лили. Она легко скинула халат и повернулась ко мне совершенно голая и обворожительная Она зачерпнула пригоршню теплой родниковой воды и брызнула себе на грудку. Я увидел, как заблестели серебряные капельки на ее коже и, поблескивая, потекли вниз, вдоль всего девичьего тела и остановились, повиснув бусинками в самом низу живота, на ее пушке. Она сжала ноги, и бусинки покатились дальше. Девушка, потупив глаза, разжала ножки и, замирая от желания и страха, смахнула щекотные капельки на пол. Озорно улыбнувшись, она подняла голову и посмотрела сквозь стекло мне прямо в глаза
О, какие это были глаза! Через несколько мгновении мы уже лежали на полу баньки, я целовал восхитительную грудь Лили и чувствовал, как сливаюсь с ней в одно существо. Она напряглась и, изгибаясь навстречу мне, отдавалась со-средоточенно и самозабвенно Но в этот момент она неожиданно отстранила меня.
— Дан, ведь с Эллой так не было? — она отстранила меня — Не обижайся Лили встала с пола, и я ополоснул её согретой ключевой водой, поцеловал в мокрые губы. Она оделась. Близость с Лили в форме неудовлетворенной мужской страсти еще более подогрела мое чувство к ней.
Эту ночь мы решили провести в ее палатке. Я лежал на спине, откинув руку, а очаровательная головка девушки покоилась на моем плече.
— Ли, теперь ты моя? — спросил я, купаясь в водопаде её светлых шелко-вистых волос.
— Я своя, — прошептала она в ответ.
— Скажи, Элла твоя подруга?
— С чего ты взял?
Я вспомнил, как уверенно повторила она жест Эллы, плеснув воду себе на грудь.
— Ты знала о нас такие подробности, которые не мог знать никто, даже этот. Ты давно его знаешь?
— Молчи, глупенький, — она положила пальчик на мои губы.
Я сдернул шелковистую ткань. Лили лежала передо мной вся обнаженная. Я нагнулся и поцеловал ее мягкую розовую пяточку, потом нежные ароматные колени, погладил девушку и поцеловал еще, чуть выше коленей и наконец по грузился в невыразимо сладостное, самое сокровенное, что есть у девушки, и тут же почувствовал, как мое тело, слившееся воедино с ее, забилось в экстазе
