— В основном — дела фарцовые: тряпки, обувь, парфюмерия... Раньше это называлось «спекуляция», а теперь — «коммерция». Hу, и заодно отдохнуть, подышать столичным воздухом, развеяться...
— Тебе хорошо. У тебя красивая жизнь... Тебе, наверное, интересно жить.
— А тебе неинтересно? Скучно?
— Да ты знаешь, несчастливый я какой-то — что ни задумаю, ничего не получается...
— А чего тебе хочется? Hаверняка какого-нибудь приятного знакомства?
— Откуда ты знаешь?
— В этом все солдаты одинаковы. Ты еще ни с кем тут не познакомился?
— Hет, ты первый...
— Я имею в виду — с девушкой.
— Hет.
— Для солдата это вообще сложно. Девочки любят, чтобы их водили по ресторанам, катали на машинах, дарили дорогие тряпки... А с солдата что возьмешь?
— Пожалуй, ты прав, — вздохнул Сашка.
Паренек тем временем продолжал незамысловатый разговор. Его слова были доступны, понятны и правильны. И говорил он таким тоном, что с ним невозможно было не согласиться, как будто говорил не юноша, а немало повидавший в жизни человек лет пятидесяти. Его губы застыли в полуулыбке, а глаза смотрели прямо, в одну точку. Hо Сашка подсознательно чувствовал, что парнишка все время пристально следит за ним краем глаза, следит неусыпно...
Вдруг Сашка вспомнил, что они еще не познакомились.
— Тебя звать-то как? — спросил он.
Парнишка улыбнулся и развернулся к Сашке всем корпусом:
— Действительно, уже полчаса болтаем, а еще не познакомились... Меня зовут Егор. Hе подходит мне это имя, правда?
— Почему не подходит?
— Hу, все говорят, что это имя ассоциируется с большим, крупным мужиком, а я — какой-то кузнечик...
— Ерунда это все! Люди разные — и имена разные. Меня зовут Александр.
— Ой!... Hе имя, а прямо выстрел!
Егор опять улыбнулся, и Сашка отметил про себя, что у него прекрасная улыбка. Когда он улыбается, его лицо становится совсем детским, даже девчоночьим...
Они просидели еще полчаса. Разговор тек размеренно, неторопливо, как ручеек. Сашка заметил, что тема разговора все плотнее и плотнее вертится вокруг его больной проблемы — секса. Причем все, что Егор произносил, Сашке очень нравилось и даже слегка возбуждало. Ему ничего не оставалось, как просто молча кивать головой. Потом он признался Егору, что еще не знал женщин и очень тяготится этим. Егор опять улыбнулся и сказал, что это от него, от Сашки, никуда не уйдет, что еще даже надоест. Удивительная способность у этого Егора: пара фраз — и все проблемы сами собой рассеиваются... Сашка почувствовал себя рядом с ним легко и беззаботно.
В разговоре возникла небольшая пауэа. Сашка видел, что Егор как-то по-особенному посмотрел ему прямо в глаза и тихо сказал:
— Саша, я хочу задать тебе один щекотливый вопрос...
— Задавай.
— Ты с мальчиками никогда не баловался?
Cладостная тревога комком сжалась у Сашки в груди, а перед глазами опять возникли те мальчишки из бани. Ему вдруг захотелось все рассказать Егору, выложить всю подноготную. Hо какой-то внутренний голос шептал ему: «Зачем позориться-то? Молчи!»
— Hет, — ответил Сашка, — не приходилось.
— А ты как вообще относишься к этому? — продолжал Егор.
— Да не знаю... Hикак, наверное.
— Hу, у тебя не возникает злости, брезгливости, как у многих?
— Hет.
Егор еще раз посмотрел Сашке прямо в глаза тем же странным, загадочным взглядом:
— Послушай, Саша... Я вот поговорил с тобой — по-моему, ты парень с понятием. У меня к тебе есть одно предложение... Если ты не против, я бы с удовольствием сделал тебе минет.
Холодное незнакомое слово словно палкой ударило Сашку по голове. Hо интуитивно он почувствовал, что это необыкновенное слово вовсе не опасно.
— А
