сразу что-то замурлыкала.
— Так тебе больше нравится? Когда глажу по животу?
— Да.
— Больше, чем по груди?
— Да, больше.
— Вот так?
— Можно пониже, — по голосу слышно, что она усмехается, — не стесняйся.
Смешно тебе? Сейчас ты у меня попляшешь!
Мои пальцы с легкостью нашли верхушку ее клитора. Теперь это была двусторонняя атака. Я улыбнулся. Что, не смеешься больше? Она только громко стонала.
— Вот так, детка, — я решил раздразнить ее основательно. Сил держаться уже было немного, — хочу послушать, как ты стонешь, когда кончаешь. Мм, ты вся такая мокрая и горячая, ты ведь хочешь... Хочешь полетать, малышка? Кричи громче, я хочу слышать твой голос...
Она хрипло застонала, как-то жалобно, и я усилил движения, вцепляясь в ее волосы. Она закричала, так, как я и хотел — громко, и такой звук ни с чем невозможно спутать. Я практически сразу последовал за ней, не в силах больше удерживать собственное удовольствие. Как все-таки хорошо без этих резинок. Как она сказала?"есть что-то по животному правильное». Так вот, есть что-то по животному правильное в том, чтобы кончить прямо во влажную горячую киску.
Когда Саша развернулась, я прижал ее голову к своей груди, погладил растрепанные волосы. Потом подхватил на руки и, как трофей, по-хозяйски перенес на свой диван. Пнул диван ногой, расправляя его. Хорошая быстрая система. Стащил сверху плед и закутал девушку, а она перетащила часть пледа на меня. Отупевшее сознание отметило, что если бы в комнате не было дивана, я бы не дотащил Сашу до зала. Ноги вообще не держат. Надо спать, спать...
— Не вздумай никуда уйти, — угрожающе сказал я. Но видимо недостаточно угрожающе, потому что она тут же вскочила с места.
— Есть у тебя в доме вода? — засмеялась она.
