Сладковатый дым окутал легкие. Стекло чуть обожгло губы. Но ничего. Прикрыв рот ладошкой откашлялась. Протянула тебе обратно пипетку.
— Ну как? — твое голубые глаза лукаво смотрят на меня.
—... — молча киваю, удерживая в себе дым. Украдкой замечаю как ты смотришь на мою грудь. Еще бы. Полные легкие дурмана, а при моей уверенной тройке должно быть очень даже ничего. Много и упруго.
— Классно выглядишь... так, — ты снова улыбаешься своей фирменной улыбкой. Я вновь
Киваю в ответ «мол знаю» и закрываю глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям.
— Да выдыхай уже, Бобриха! Не жадничай!
Поднимаю указательный палец вверх — заткнись! Во-о-от, приятная и томная легкость начала разливаться по телу. Плавно выдыхаю, чувствуя как мягко начинает щекотать в затылке, холод электрическими иголочками скользит по спинке, а внизу живота приятно потянуло, отдавая такими нежными пушинками вниз в бедра. Закололи кончики пальцев на ногах. Уперлась руками в край стола.
— Хороши головы, да? — ты снова смотришь на меня. И мне нравится это еще больше.
— Не иначе Кроейские... Мертвые... — получается неожиданно хрипло и, весьма,
сексуально.
— Ха-ха-ха!!! Не иначе!
Это наша старая «вещь». Понятна только нам.
— Никогда не думала... что «не иначе» — такое... такое, блин, смешное слово.
— Не говори... — оба растягиваем лица в идиотских ухмылках, а потом смех. Чистый и дурной.
— Так... — ты потер глаза. — Прям как школьники, над ерундой смеемся...
— Точно! Не иначе!
Мгновение тишины и снова взрыв смеха. Не иначе...
Спустя некоторое время берем себя в руки. В теле хорошо и комфортно, если только не сваливаться в истерический смех, а ты, кстати, смеешься уже неприятно. И еще так... щекотно в груди.
— Ох, прямо как давны-ы-ы-м-давно-о-о... — ты хрипло растягиваешь слова и стучишь по пачке. — Сигаретку?
— Пожалуй нет... — расплываюсь в сладкой улыбке. Как же хорошооо... В голове легко. И тело все, словно теплым и нежным огнем наполняется. Но при этом чуть знобит. Интересно, как это было бы, ну чисто теоретически, сейчас коснуться себя?. Поднимаю руку и невзначай приглаживаю и без того туго уложенные золотистые волосы, проводя по голове к мочке уха и затем, чуть касаюсь своей шеи. Ох... приятно...
— Музло? — спрашиваешь ты, затягиваясь.
— Да, пожалуй, а то мне кажется, я сейчас нырну в океан собственного «Я»... — моргнула. Получилось медленно. Бли-и-ин... Как же прет... как сучку... Неожиданно хихикнула над самой собой.
— Ты чего? — не отвлекаясь от белоснежного «яблочка», ты роешь свои аудиозаписи в соц сети. Ах, если бы ты только знал, я ведь там все знаю...
— Да, так... — улыбаясь, неопределенно пожимаю плечами, неожидонно остро ощутив лифчик и не менее острое желание от него избавиться... Н-о-о-о-о, Нет
— Ох ты, Олька, гляди, Маринка «в друзья» зовет...
— Сука! — думаю про себя я. Отлипаю от кухонного столешницы. Ох!. Закружилась голова. Плавно, приближаюсь к тебе. Сейчас тебе будет не до нее... — Где? — кладу руки на плечи, наклоняюсь и прижимаюсь к тебе грудью. Как так, нравится? Я знаю, всем нравится. Старый, но верный трюк. Ух ты! Прямо почувствовала, как ты вздрогнул.
— Вот... — слышу как ты сглотнул. Значит понравилось. Какой ты, однако, крепкий, даже приятно... Такие плечи...
— По-моему она потолстела... — жду твоей реакции, прижимаюсь чуть сильнее. Чувствую, как сами по себе напрягаются соски. В одурманенном теле, такое изменение более чем приятно.
— Да ладно тебе... — хрипло отвечаешь ты, отмахиваясь от сигаретного дыма.
— Ну не знаю, — грубо оттолкнувшись от него руками, распрямляюсь.
— Ты себя вспомни в 10-ом классе, — затянулся и мягкими, но в тоже самое сильными движениями потушил сигарету в пепельнице.
— А что я? — кажется начинаю злиться.
— Да то, «суповым набором» была... а сейчас вон! — ты как-то... опасливо глянул на меня. Совсем коротко.
— Что? Вон? — очень интересно, как он
