это так хорошо, что в какой-то момент я засомневалась, кто кого здесь трахает.
Её губки нежно, но очень крепко обхватывали измазанную смазкой и слюнками головку и неторопливо скользили по ней. Она двигалась к самому кончику, едва не выпуская мой член и приятно щекоча язычком уретру, а потом заглатывала головку полностью, с лёгким усилием перескакивая на оттянутую кожицу. В то же время её язычок игриво щекотал уздечку снизу, словно пытаясь упереться и не дать члену проникнуть глубже, а нежные пальцы держались у самого основания.
Где-то вдалеке по морской глади величественно и неторопливо шёл белый пароход. Должно быть это паром с туристами, уже приготовившимися наброситься на местные достопримечательности. Впрочем, я не была уверена, ведь пароход был слишком далеко, и приятная дымка застилала мой взгляд.
Линда-чан вздыхала и причмокивала. Кажется, она утомилась от этого нескончаемого минета, но её выносливость волновала меня меньше всего. Я снова погладила её, чувствуя как вздрагивает её юная головка. Провела самыми кончиками пальцев по шелковистым волосам и не смогла не отметить, насколько приятно, чувствовать их.
Неожиданно выглянуло солнце, скрывавшееся всё это время за плотными лингринскими облаками. Стало настолько светло, что казалось, что даже воздух засиял, наполнившись мягкими и приятными красками. В зарослях защебетали птицы, и даже лёгкий ветерок стих, чтобы не мешать им купаться в солнечных лучах.
Губки Линды-чан как-то грубее сжали меня, от чего приятный заряд пронёсся по моему телу. Кажется, она устала настолько, что решила заставить меня кончить. И делала это неожиданно приятно, я даже не сразу смогла совладать с собой, пытаясь не выпустить ни единого стона.
— В спешке нет никакой надобности, — проговорила я негромко.
Её язычок... Головка свободно скользила по нему, я чувствовала, какой он влажный и мягкий. Эта мягкость была настолько потрясающей, что я едва могла унять дрожь.
Коснувшись её волос тыльной стороной руки, я всё также неторопливо провела по ним. Так они казались ещё шелковистее и мягче. Запустила в них пальцы, наслаждаясь ощущением власти над Линдой-чан, а потом, неожиданно даже для себя, двинула бёдрами.
Я не могла больше сдерживаться, и отчаянно трахала её ротик. Линда-чан задыхалась и стонала подо мной, а я лишь страстно натягивала её на свой член, чувствуя как головка раз за разом упирается в её горло.
— Линда-чан! — простонала я. — Такой горячий... Такой приятный...
Линда-чан пыталась вырваться, но я крепко держала её и делала с ней что хотела. То, чего хотел мой напряжённый до предела член. Неожиданно он стал настолько чувствительным, что каждый раз, когда головка почти проникала в её горло, болезненное наслаждение пронзало меня, заставляя продолжать двигать бёдрами.
— Возьми, возьми, — стонала я. — Проглоти меня полностью!
Руки Линды-чан панически хватали мои взмокшие от пота и слюнок ножки, а я исступлённо продолжала долбиться в её ротик. Мне было так хорошо, что бёдра двигались сами по себе. Я стонала, вскрикивала её имя и в один момент изо всех сил прижала её к себе.
Член утонул в её ротике, я вздрогнула, и в горло Линды-чан хлынул горячий поток моей спермы. Я кончала, покачивалась, но, крепко прижимала её голову к своему лобку, стараясь насладиться её горлом как можно дольше. Член вздрагивал раз за разом, и разряды наслаждения разливались по моему телу. Мне было так хорошо...
— Линда-чан... — простонала я в последний раз и грубо вышла.
Линда-чан упала и закашляла. Спермы было слишком много, она наверняка едва не захлебнулась. Но сейчас, я просто смотрела на её беспомощный кашель и всё ещё переживала ощущение головки в её горле. В конце концов, какое мне дело, кашляет она или нет?
— Эми-сан... — обиженно проговорила она.
— Ну что, Линда-чан, как тебе смотровая площадка? — с издевкой протянула я.
— Я
