куда какая красавица бежит, выбирают.
Акулина не зря тренировалась, сразу впереди всех девок оказалась и первая в лес забежала, да зайцем по тропинке грибной, да за горку Медвежью, через топь кабанью, к Ламбушке. Бежит девка, страх силы придаёт. Хочет убежать она от женихов иноземных, да сберечь себя для Матвея.
А Настасья, как привели её в чувства, так бежать всё равно не смогла быстро. Самая последняя в лес забежала и остановилась как вкопанная. Не готовилась она к такому. Было сказано ей, да уготовано, к барину в дом ехать. А тут вот наравне с остальными бороться придётся. Огляделась девка, да думает, куда бежать, где хорониться. Слёзы из глаз полились, понимает девка, что найдут её сейчас, да на елдак насадят, а потом увезут в края неведомые. Ох страшно то как! А цыган тот, так барина страшнее. А он первым как раз стоял, вдруг он заловит девку. Ох бежать надо, бежать. Мечется девка, то в право побежит, то влево, никак сообразить не может, куда лучше.
А по лесу уже мелюзга бегает, обманщицы малые в сарафанах белых, что бы охотников путать, со следа сбивать. Олюшка, сестра младшая Акулины, то же в числе них. Но она не просто ради игры бегает, Матвей ей задание дал, оберегать сестру особо, да подарок за это дал, да ещё обещал. Вот и бежит она следом за Акулиной, что бы запутать в случае чего охотника. Олюшка хоть и младшая сестра, да по красоте не уступает. Ей на следующий год пророчат к барину ехать. А Олюшка и рада. Надоела ей деревня, слыхала она сказки про города и столицы. Хочется ей мир повидать, да себя показать. «Ну подумаешь, попользует меня барин годик, потешиться, за то потом при деньгах и в достатке буду, и не буду знать тягот. « И Матвей ей нравился, потому с охоткою помогала она сейчас.
А тем временем, на лобном месте, стоят охотники-женихи, да насмешки деревенских слушают. «Ты то куда, моложавый?! Черенок то вырос?!» Веселиться народ, а гости в нетерпении изнывают. Особенно цыган. Ох, как приспичило ему, девку красивую в жёны взять. Особенно первая в лес забежавшая понравилась. Высокая, стройная и сильная какая, вот хороша баронесса цыганская будет! А барин сидит и на часы смотрит, час выжидает. Даёт время девкам схорониться да попрятаться. Тогда охота веселее, да девок труднее найти да поймать будет и на следующий год больше желающих и деревенские повеселятся. Но вот настало время, пора: «Ну что, мужики, удачи вам, легкой поступи, да жара в чреслах!» И побежали женихи в лес, как стая голодных волков за добычею. Бегут, толкаются.
Бежит Настасья, чувствует что устала, но присесть боится, а вдруг догонят. Смотрит она вокруг, да место не узнает. Так далеко забежала. «Ой! Заплутала я! Тут и леший меня и кикимора жизни лишат, или медведь задерёт!», — побежали мысли страшный и решила девка, что лучше уж в жены попасть к человеку, чем на корм зверью лесному, пошла искать тропинку в деревню. Ходит к шорохам прислушивается, от страха дрожит: «Может покричать!? Кто услышит, да выведет!?» Но потом подумала, что у медведя тоже уши есть, и решила так выходить, на Солнышко глядя. Идет, сучья ломает, меж деревьев пробивается. Вдруг, слышит, ветка треснула впереди, а потом ещё одна, идёт кто-то. Она прям замерла от ужаса: «Человек или чудовище какое?» Присела она у ствола берёзового, да в чащу всматривается. Видит, меж деревьев яркое пятно мелькает, красно-зелёное, да к ней всё ближе подбирается. Не дышит девка, боится, приглядывается. «Так это же цыган!!!» — разглядела она, наконец, пятно, что рубахой было. И цыган её тоже заприметил. Видит, что у берёзки ком снежный лежит. Что за диво? Средь лета жаркого, да снег белый? Пригляделся, да прищурился, глядь, да то же девка в сарафане.
Ох как обрадовался цыган, зарычал как медведь, да через ветки колючие, да бурелом столетний, ломанулся к Настасье. Не увидел он, что не Акулина это, а другая девка сразу, думал, полюбившаяся ему спряталась. А Настасья побледнела вся, как
