провела рукой, как бы рассекая воздух.
Светлана указала ей на стоящее в углу высокое ведёрко, наполненное водой, из которого торчали прутья.
Длинная розга, свиснув в воздухе, стряхнула капельки воды, затем нестерпимо обожгла Елену. Через пару минут она, корчилась под крепкой беспощадной рукой, визжала, заливаясь слезами, безуспешно пытаясь освободиться.
— Достаточно. Хватит, хватит. Светлана с опаской смотрела на экзекуцию, в её планы вовсе не входило калечить рабу.
— Ирина, отбросив прут, разжала мёртвую хватку. Отпустив дрожащую Елену.
— Садись, нам надо многое обсудить. Светлана указала ей на кресло. Что ты будешь пить?
— По крепче. А ты принеси все свои трусы.
— И. Разденься! Приведи себя в порядок. Быстро!
Подруги выпили по первой рюмки коньячка, закусывая лимончиком. Раздался дробный стук каблучков, перед ними с ворохом трусиков в руках замерла Елена, с большими, круглыми от страха карими глазами на побледневшем лице. Длинные локоны украшали обнажённое тело.
— Ах, принесла. Какие самые дорогие? Бери нож и режь. Режь! Все режь. Не позорь меня.
Не смея ослушаться, Елена принялась кромсать всё на куски.
— Всё в пакет и в мусор! Ступай! Заодно сделай клизму!
— Надо с ней по — строже.
— Я знаю, но я не хочу.
— Почему? Сломать, и всё — Ирина, хрустнув карандашом, бросила обломки на пол. И будет тебе послушная раба. Так ты только её портишь.
— Она мне нравиться.
— Влюблена? Кто бы мог подумать. А по мне, разложить и шкуру спустить. Впрочем, как знаешь.
На колени! Лижи! — Ирина протянула к Елене ногу. Та не смея ослушаться, склонилась в рабском поклоне и робко принялась вылизывать алым язычком её лодыжку.
— Встань! Все игрушки на стол!
Елена вывалила на стол все, что было в шкафу.
— Грудь вперёд! Через пару минут соски торчком, и чтоб текла. Ясно?!
— Да, Госпожа! Елена принялась, поглаживая и покалывая вокруг сосков и массажируя клитор возбуждать себя.
Зажимы, сверкнув цепочкой, закрепились на сосках.
Зашипев от боли, Елена замерла под змеиным взглядом Ирины.
Ирина, выбрала из груды на столе один из самых длинных и крупных членов, весь покрытый рельефным рисунком вен, с крупной головкой, и пупырышками в нужных местах. Прикрепила его присоской к полу.
— Садись!
Елена испуганно и жалобно посмотрела на молчаливо сидевшую поодаль Светлану.
— Станешь рабыней, и не такой ещё будешь принимать. Привыкай, растягивайся.
— Ну! Ирина слегка стегнула её по спине.
Елена, закусив губу, широко раздвинув длинные стройные ножки, присела, опираясь одной рукой в пол, стоя на кончиках пальцев в туфлях на шпильке. Другой рукой приставила головку и, расслабившись, ввела в себя. Медленно опускаясь, на заполняющее и расширяющее ее солнышко в глазах.
— Только попробуй кончить без разрешения! — Ирина, взяв за подбородок, посмотрела в глаза. Сделала знак рукой, И в плотную к начавшей стонать и елозить по огромному члену Елене, пододвинула кресло. Светлана села в него ближе к краю, раздвинула ноги, и прижала её голову к себе в низ.
— Лижи!
Елена, задыхаясь и пытаясь удержать равновесие, впилась губами и языком в жаркое влагалище. Через пару минут затрепетав, Светлана ещё выше подняла ноги, направив Еленин остренький язычок между раскрытых ягодиц.
Снизу, с каждым приседанием накатывала горячая волна, неумолимо приближали её к пику...
— Не кончать! Я тебе кончу, сучка! Слышала она будто сквозь сон, усердно лаская и вылизывая анус выгибавшейся, дрожавшей и раскрасневшейся от её ласк Светланы. Елена принялась долбить алым скользким, нежным язычком в попку. Светлана, закатив глаза и массажируя клитор, задрожала в экстазе...
Внезапно острая боль пронзила ее сзади, что-то вошло в неё. Она, постаравшись, как можно сильнее расслабить уже разработанную попку, почувствовала, как это задвигалось в ней. Океан, заполнив всё, подошёл к вершине.
—
