засопела.
Выждав паузу, Саша на цыпочках прошел к шкафу, снял трусы и тщательно обтер ими руку. Затем спрятал их на дне пакета для грязного белья и надел свежие. Перепачканную ночнушку дочери он трогать не стал, решив, что к утру все само высохнет, что дочь не заметит, а потом он все постирает. Лечь он решил на незанятую половину кровати. Через несколько минут он уже крепко спал, поэтому не увидел, что произошло чуть позже. Соня осторожно приподнялась и посмотрела на лежащего в метре отца. Потом указательным пальцем сняла со своей рубашки не успевшую до конца впитаться каплю и, подумав немного, отправила ее в свой очаровательный ротик. При этом лицо ее озарила мечтательная улыбка...
* * *
Следующее утро обошлось уже без ставшего традиционным эротического представления. Саша просто не дал Соне шанса, встав раньше. Голова раскалывалась, но еще поганей было на душе. К злости и досаде из-за вскрывшейся измены жены примешивалось сильное чувство вины за ночное происшествие.
После завтрака новоявленный потенциальный холостяк зашел в бар, после чего уединился с бутылкой вискаря на балконе номера и погрузился в раздумья. Соня вела себя, как умничка. Она не лезла к отцу в душу, не пыталась поднять ему настроение или отвлечь, а просто все время была неподалеку и ждала. Самокопание у Саши продолжалось весь день и вылилось в три простых вопроса: «Люблю ли я Лену? Хочу ли я за нее бороться? Закончилась ли для меня жизнь из-за ее коварства?». С облегчением ответив «нет» все три раза, мужчина заметно повеселел. Эта перемена не укрылась от глаз Сони. Тоскливая унылость в ее душе сменилась радостным оживлением. Конечно, она тоже переживала из-за неизбежного теперь разрыва родителей, но относилась к этому гораздо легче. Ведь никто не умер и не пострадал. У нее по-прежнему есть и мама, и папа, которые ее по-прежнему сильно любят и будут любить, что бы не случилось! К тому же в ней зародилась несмелая надежда, что ее мечты, которые она лелеяла еще с подросткового возраста, могут сбыться!
Соня давно свыклась с мыслью, что она хочет видеть своего отца не только в обычном качестве любящего и любимого родителя, но и... в другой, менее обычной, ипостаси любовника. Ее долго, несколько лет, терзало нездоровое и осуждаемое обществом сексуальное влечение к своему папе. Сначала, изучив литературу, она врала себе, что это нормальное возрастное чувство: многие девочки-подростки влюблены в своих отцов. Но влечение не пропадало, а лишь усиливалось со временем. Одному богу известно, чего ей стоило скрывать его. Но потом она устала бороться с собой и решила: пусть будет, что будет. Она никогда не станет сама навязываться папе, но если ей представится шанс, она не упустит его в угоду общепринятым этическим нормам! И вот сейчас ее мечта оказалась так близко! Ведь она узнала, что отца тянет к ней! Не как к дочери, а как к ЖЕНЩИНЕ! Иначе, почему он подглядывал за ней? Почему она возбуждает его? Почему он окропил ее своим семенем ночью?! И, наконец, чем были его слова, сказанные по-пьяни накануне: «... я бы хотел иметь такую любовницу, как ты, Сонь!»? Ведь известно: что у трезвого на уме, то у пьяного на языке! Да! Мечта была рядом, но девушка с ужасом осознавала, что сама она никогда не решится сама сделать первый шаг!
* * *
У Саши оставалась одна, последняя проблема: объяснение с женой. Поздно вечером, не дождавшись звонка, Лена сама набрала мужа. Соня не слышала, что она говорила, но и папиных слов было достаточно, чтобы уловить суть:
— Здравствуй!
— Нет, не забыл. Не хотел тебе мешать.
— Помолчи! Я все знаю про тебя и Алексея.
— Нет. Соня ничего не говорила. Ты вчера забыла отбить вызов. Очень увлечена была.
Долгая пауза.
— Лена, это все уже не имеет значения! Решение принято. Я ухожу.
Еще более длинная пауза. Слышно, как Лена кричит в трубку.
— Извини, я прослушал.
Новая истерика Лены
— Это все? Мы вернемся
