хотела было поцеловать одного из парней, но тот оттолкнул её:
— Совсем ох*ела, х*еоска, сказал он, — кто с тобой после этого целоваться будет? — и ударил её по щеке. Остальные загоготали.
— Ну-ка давай, — приказал ей старший, — садись, — и указал на капот (видимо, они решили, что машина пустая).
Что было дальше — я помню плохо, запомнилась только красная спина и попа с отпечатками мужских ладоней практически у меня перед носом. Кажется, жена сидела, расставив ноги, а ее с громкими шлепками трахали — сначала в пизденку, а потом, задрав ноги повыше — и в зад. Один из парней все пытался ввести член ей в рот, но у него не получалось наклонить Юлю к себе и он только матерился.
Другой гладил и ласкал ее ступни. Остальные двое по очереди пристраивались к растраханным дыркам, вызывая у Юлю приглушенные стоны. Сверху палило солнце...
Кончила она сильно, обняв ногами своего партнёра и впившись губами в его сосок... Через минуту и её ебарь спустил ей в пизденку, его место тут же занял другой и закачал в её тело ещё больше спермы.
Третий парень, наконец, сдернул жену с капота и обрызгал ей все лицо своей жидкостью, так что она оказалась словно бы в маске, а четвертый развернул её и плюхнул грудью обратно на капот. Он решительно занялся её крепкой, хотя уже и потасканной задницей. Юля подмигнула мне — она знала, что я вижу её сейчас — всю в сперме, которую она не успевала слизать с губ, с залитым личиком. Впрочем, вскоре её лицо попять исказила гримаса боли и наслаждения, она широко раскрыла глаза и приготовилась кончить. Я почувствовал было, что тоже бы не прочь это сделать, как вдруг...
— А НУ СТОЯТЬ! — рявкнул мегафонный голос, да так, что с меня слетело забытье. Все участники оргии вскочили с места, только моя женушка устало сползла на землю.
Из кустов появились три милиционера (тогда их звали именно так=) и подошли к нам.
— Так-так, — протянул один из них, — что тут у нас творится?
— Да ниче... , — начал было один из них.
— Значит, блядей снимаем, — сказал милиционер.
— Командир, мы..
— А ну-ка свалили отсюда живо! — рявкнул тот, — или в отделение с нами захотели?
— Мы нет, командир, мы просто...
— СЪ*БАЛИ ЖИВО, — и парней как ветром сдуло.
Троица несколько секунд рассматривала Юлю.
— Эк её разъебли-то, — сказал один
— Поехали с нами, сучка, — сказал тот, что прогнал парней.
Жену приподняли за руки и повели за собой. ноги у неё подгибались, по бедрам текло, а дырку ануса было видно даже на расстоянии, такая она была красная.
Я подождал минутку и тронулся следом — Юлю уже везли на УАЗе куда-то, по-видимому, в отдел. Когда мы добрались дотуда — они впереди, я на расстоянии следом, уже наступила вторая половина дня. Менты быстрым шагом ввели Юлю в отдел через задний вход и заперли дверь аз собой. Что мне оставалось? Только ждать...
Я сходил с ума от нетерпения и клял себя за то, что затеял вс это. Впрочем, чувства меня посещали и другие — из разряда приятных. Ведь жене все понравилось, да и меня эта история изрядно возбудила... в конце концов, не убьют же её...
Её и правда не убили, но выпустили вечером, когда стемнело. Она, в халатике, судя по всему, снятом ментами с како-то жрицы любви, выбежала на улицу и завертела головой в поиска меня — Юля не сомневалась, что я рядом. И действительно, я был рядом...
Прошло уже два года, мы часто говорим об этом, но пока не решаемся повторить опыт. Жена осталась довольной, единственное, чего она не рассказывает — что с ней делали в отделе, лишь улыбается в ответ на расспросы. Попа после милиционеров, правда, могла бы вместить апельсин, а рот был разъебан до синяков и ссадин, сперма засохла от живота до пяток, так что можно только догадываться. Как я на это реагирую? Спокойно, ведь если жена осталась довольна, то доволен и я. В конце концов, она же пила таблетки, так что волноваться не о чем;)
