перерастать в аккорды и мелодию, а в итоге превращаясь в настоящую симфонию чувств и ощущений.
Она уже сама обнимала наяривающего её парня, обхватывая его за спину и за ягодицы, с удовольствием отмечая, какие они крепкие и сильные, она сжимала его руки, напряжённые и твёрдые, она широко раскинула свои ножки и старательно подмахивала тазом навстречу его ударам, что бы касания их тел, стали ещё более приятными. А двигающийся внутри её тела орган, преподнёс новое для неё чувство живого и активного предмета там, где раньше было пусто и одиноко. Она уже не вскрикивала с сожалением и грустью, в её голосе появилась страсть и нежность, счастье и блаженство. Она плакала уже не от печали, а от нестерпимого удовольствия и резких перепадов чувств. Она смотрела на свои разведённые в стороны ножки, дёргающиеся под натиском члена Петра и, с удовлетворением отмечала, какие они всё же красивые и стройные, как классно они сейчас смотрятся. Пётр кончил с огромным удовольствием и криком настоящего зверя, напрягая своё тело и вгоняя член поглубже. Ирина с каким-то отстранением подумала о том, что наверняка залетит и родители её за это убьют.
От сладких воспоминаний Петра оторвал грозный окрик командира батальона: «Батальон, равняйсь! Смирно! Слушай боевой приказ!» Дальше все слушали информацию о том, что в столице вводится чрезвычайное положение в связи с приближением астероида и для сохранения порядка на улицах. Роте была поставлена задача, выдвигаться в один из районов и взять под контроль транспортные узлы. Его отделению достался перекрёсток центральных проспектов данного района. Получив дополнительное вооружение и боеприпасы, а так же сухие пайки, погрузившись на технику, подразделения выехали в город. Уже через час, как раз перед рассветом его БМП-3 в сопровождении танка Т-80м въезжала заданный район, разбудив всех, кто спал в рядом стоящих высотках. Танк въехал во двор, спрятавшись за железобетонные стены жилых домов, а БМП командир приказал выставить у автобусной остановки и направить ствол прямо в центр перекрёстка. Затем, из подъехавшего грузовика, на котором красовались буквы «ОМОН», они выгрузили средство принудительной остановки транспортных средств, длинную ленту с шипами. «Через час подойдёт грузовик с бетонными блоками и кран, сделаете лабиринт по этой стороне и вон там!» — дал последнее указание ротный и уехал на КП. Они расположились на БМП, считая это расположение более удачным. «Блин, и что мы тут будем делать?» — спросил вслух Сергей: «Нахрен мы тут нужны, если никаких задач не поставлено?» «Да какая тебе разница?! Давай спать дальше и жрать сухпай, пока их не забрали» — ответил Пётр и первым вскрыл пакет. Он без стеснения открыл банку с кашей и стал её есть, прямо штык ножом и холодной. «Пиз. ы потом получишь от ротного!» — сказал вяло Сергей, подумал немного и тоже открыл свой сухпай. За ними и все остальные солдаты пооткрывали пакеты и стали лопать кашу.
С восходом солнца началась активность на улицах. Мимо них пробегали люди, удивлённо и боязливо поглядывая на солдат и их технику. До обеда так никто и не приехал. Ни обещанной машины, ни командиров. Они съели ещё по банке консервов и им захотелось пить. «Так, а где нам воды тут набрать? Какие есть предложения?» — спросил вслух сразу всех Пётр. «Можно вон в том магазине купить бутилированной!» — предложил Толик, наводчик-оператор ПТУР. Пётр посмотрел на магазин, потом на Толика и сказал: «А откроем мы его твоей гранатой, да?!» Толки отрицательно помотал головой. «Ладно! Пока войны нет, взрывать и стрелять не будем! Давайте сходим вон в тот дом и попросим жильцов налить нам воды во фляги», — сказал Сергей. Он приказал всем снять фляги с ремней и передать их Петру с Толиком. «Не грубить, вежливо попросить!» — проинструктировал он парней и те пошли к дому, позвякивая флягами и автоматами.
Пётр набрал наугад номер квартиры
