всхлипывая вовсю работала рукой у себя внизу пытаясь заглушить пожар. Внезапно на её плечо легла рука, от неожиданности она чуть не вскрикнула.
— Тише, девонька! — это был Захар, — ишь молодые дают. Дай волю только! Ох сам таким был. Хорошо щас Костику, по себе знаю, а эта Маринка, ой какая ладная баба, ненасытная.
— А вы... с ней, тоже? — почувствовала Даша укол ревности.
Захар усмехнулся тихонько себе в усы:
— Ох девонька, спроси лучше кто с ней не тоже. Охочая до членов деваха, ей богу.
Даша подумала, что может и она такой станет, вспоминая о своих снах и мечтаниях.
Костик уже поменял позу. Голым крепким задом Марина сидела на той же рубахе, и обхватывала ногами Костин торс, пока он её накачивал держа за груди.
— Эх, Костик! Тоже грудь побольше любит. Видишь, Дашутка, зря ты волновалась, будешь ты нравиться мужикам, как пить дать.
Даша стеснялась почему-то просто так мастурбировать при дяде Захаре, но ей ужасно хотелось кончить. Украдкой она ласкала себя, но Захар всё равно заметил. Ничего не говоря, он заменил её руку своей. Дашу будто током пронзило: рука Захара умело выдрачивала её, нежно лаская все нужные места.
Парочка и Даша пришли к финалу практически одновременно. Костя, вынув свой раздувшийся хер, стал обстреливать Маринку не жалея сил. Марина успела кончить до этого сладко подвывая. От этого стона Дашу согнуло почти пополам, а ощущения внизу были непередаваемыми. Закусив свою же руку, чтобы не заорать, девчушка впала в экстаз.
Когда Костя и Марина оделись и убежали, Даша буквально набросилась на Захара. Она беспорядочно целовала его, расстёгивая одновременно платье. Схватив его руки, она сама положила их на свои груди. Захар не смог противиться инстинктам и бурно ей отвечал. Даша повалилась сверху, и Захар страстно целовал её, руки его нашарили пухлую округлую попку и мяли её. Пальцы проникали внутрь слезливого влагалища. Бугор на штанах сильно давил на Дашину промежность доставляя ей дополнительное удовольствие.
— Ох, Дашутка, сладость ты, а не девка. Ух и затрахать бы тебя! Ишь себе груди отрастила, так и просятся на грех! Прости, господь, старого! — Захар закончил тираду всосав в себя торчащий огромный Дашин сосок.
— Затрахайте, дядь Захар. Захарушка, — уже ласково, по-женски стала соблазнять его Даша.
— Нельзя милая, нельзя. Вот испортит тебя парень какой непутёвый, тогда приходи, а сам я не могу.
— Я хочу, чтобы вы первым были!
— Не могу Даша, — с трудом отрываясь от груди, отвечал Захар, — пойми ж ты, девонька, первым должен быть мальчик, которого любишь.
— Я... — у Даши слова комом в горле стали, но палец во влагалище заставил её сказать, — я люблю вас, дядя Захар.
— Ой ты грех-то какой! — запричитал Захар, — Девонька, родненькая, я тоже люблю тебя, ты хорошая, но я стар и женат, не поймут люди...
Даша разозлилась на весь этот дурацкий мир с его законами и моралями. Почему она не может заниматься сексом с тем, кто ей нравится, и кому нравится она?
— Давай я тебя по-другому ублажу, а ты меня, — предложил её любовник.
— Как?
— Ложись попой к моему лицу, а сама сними мне штаны и сделай, как вчера.
— Ой, а вам не противно, дядь Захар? — наивно спросила Даша.
— Что ты, девонька, наоборот, что может быть слаще для мужчины, чем женская промежность?
Захар делал куннилингус всего двум девушкам, и то они были пьяны. Местные дуры не знали о таком способе, точнее знали, но считали его грязным. А Захару было интересно, что это да как, хоть он и слова то не знал такого: «куннилингус». Знал только «отлизать».
Вот и сейчас он начал «отлизывать» Дарьин клитор. Инстинктивно пытаясь доставить Даше удовольствие, он ощутил как его член погрузился во что-то мягкое, и что-то обхватило его ещё с двух сторон. Сам Захар вовсю погружал язык в девственное Дашкино нутро, и мял мощные круглые молодые ягодицы.
Дашина фантазия пошла дальше обычного минета.
