раздеться без игры.
— То есть ты заранее решила, что проигрыш за тобой, а я сиди и придумывай, на что бы такое ты согласилась и без игры, так?
— Ну да...
— Знаешь, если б я не знал, что у тебя шикарная логика, я бы сейчас сказал, что у тебя ее нет!
— Я знаю. Если б ты не знал, что у меня шикарная логика, я бы не дала тебе повода сомневаться в ее присутствии.
— Короче, играть будем?
— Нет.
— Тогда разбей просто, а я доиграю с кем-нибудь.
— Ладно. Подержишь мой пакет с сумкой?
— Да оставь ты их тут на стуле. Ни твой пакет, ни сумку, ни саму тебя здесь никто и пальцем не тронет — будь уверена.
Он всегда любил пантоваться своими физическими данными и влиянием на других людей — одна из его слабостей.
— Ну, если что, ты будешь в ответе, — проговорила я шутливо.
— Заметано! Пошли?
— Пойдем.
Он встал, подал мне руку, и, убедившись, что я на земле стою крепко, указал рукой куда идти. Я простучала своими высоченными каблучками к бильярдному столу, под общие восхищенные взгляды. Я хоть и из числа скромниц, можно сказать, но впечатление произвести люблю. Сашка это знал еще по школе — по моей манере «дефилировать» к своей последней парте. Даже как-то говорил, что я ее именно потому и облюбовала — к ней идти дольше всего — через весь класс. Вот и затеял это шоу, зная мои слабости. Я медленно обошла бильярдный стол, пройдя к противоположной стенке, и взяла кий, к ней прислоненный. Пока я шла, аудитория скучковалась поближе в ожидании удара от единственной посетительницы «в юбке». Я окинула их взглядом, взяла «синенький мел», не торопясь потерла им свой инструмент и направилась к столу, где кто-то уже заботливо снимал треугольник. Сашка стоял сзади и чуть сбоку, а остальные все за его спиной в ряд и с поворотом, загораживая сплошной стеной мне выход и какой-либо путь к отступлению. Я медленно прогибаюсь. На мне была узкая юбка с разрезом, но длина ее позволяла быть грациозной без развратности, чем я и воспользовалась. И вот, убрав волосы на один бок, прогнувшись как кошка, бью я с одной лишь мыслью в голове — попасть бы! Смеху то будет, если промахнусь — опозорюююсь! Но нет, попала. Два шара в угловых лузах — я в полнейшем шоке, т. к. такой удачи точно не ожидала. Все-таки давненько не играла, да и вообще опыта не особо. Порадовалась про себя, что не согласилась на дальнейшую игру — зачем портить впечатление? И под общее улюлюканье повернулась к Сашке:
— Ну как, хороший старт я тебе организовала?
— Отличный, но думаю играть я не буду, — хитренько проговорил он.
Я вопросительно вскинула бровку, а он потянул меня снова за наш столик.
— Ты была великолепна! — услышала я жаркий шепот над своим ухом.
— Спасибо, — прошептала я также жарко в ответ.
— Пошли куда-нибудь в другое место?
— Саш, меня дома ждут, и куда я с этой бумагой?
— Давай я тебя до дома довезу, отсчитаешься, что жива-здорова, оставишь все лишнее и подаришь мне на вечер свое общество.
— Довезешь?
— Да, мне ж папаня тачку подарил.
Я не любительница «ломаться», потому сразу заявила:
— Тогда пошли, довезешь. А на счет остального — я подумаю.
Он по-доброму усмехнулся и уже привычным жестом подал мне руку. «Тачкой» оказалась белая семерка. Ну, я никогда не заморачивалась по поводу машин, главное, что обладатель мне по вкусу. Доехали быстро, он осведомился, не требуется ли его помощь. Я ответила, что моя мама его всегда недолюбливала, и лучшей помощью будет не показываться ей на глаза. Он удивился, поинтересовался, отчего такая нелюбовь, а я честно ответила — «она говорит, что ты на 30-тилетнего мужика похож, а не на молодого парня». Посмеялись, и я направилась в дом. Долго себя ждать не заставила — всего лишь минут двадцать. Мама дома читала нотации, говорила, что я выше себя прыгаю, что плакать потом буду. А я — я была счастлива. Честное слово! Впервые за последние несколько лет я была счастлива! И все внутри у
