своей силой, он становится тверже и, кажется, готов жить собственной жизнью, не считаясь с моими принципами. Ему нужна Дина, ее ласки, ее влагалище, которое признало когда-то мой член своим хозяином, и которое уже два месяца безрезультатно ждало встречи. Дина расстегнула мне брюки, наклонила голову, а у меня просто не было воли ей помешать, настолько завораживающими могут быть действия этой сексуальной девушки. Я не рыпался, а лишь тихо застонал, почувствовав головкой члена касание ее язычка. Сразу в памяти стрельнул наш первый раз, когда после трудного делового дня мы остались одни, и оба, как по команде, бросились друг на друга. Я час пролежал на столе, когда эта тигрица буквально истрахала меня сверху, вбирая в себя мои оргазмы и мое семя, влетавшее в нее раз за разом. Почему женщины не думают в такой момент о предохранении, часто рассуждал я? Наверно, это происходит тогда, когда мужчина ей по-настоящему нужен. Мы с ней занимались сексом почти два года, ее татарский темперамент и эротичность делали совокупления с ней яркими и освежающими мои деловые будни. Но отношениями я назвать это не мог. Все закончилось, когда я однажды — из-за Насти, сказал ей «нет». В тот день я последний раз оттрахал ее — жестко, так, как ей нравилось, а в завершение — анально, пока она не кончила. Единственная из моих девушек, она кончала от секса в попку. Довел до изнеможения ее и себя, и после этого объяснил Дине, что в наших отношениях больше нет места сексу. Ее реакцию на мое решение нет смысла описывать. Так реагируют кошки, когда у них забирают любимых котят.
А сейчас ее очередная атака, которую мне нужно выдержать. Нужно, потому что нет в моей новой жизни места старой!
Она лизнула языком в очередной раз, обхватив яички, и заглотила член глубоко, я затрясся от охватившего меня возбуждения. Ох, как приятно. Еще секунда, и мое тело потребует большего, я повалю Дину на пол, и тогда ничто не остановит измену. Губы девушки стали всасывать вовнутрь то, что Дина считала своим. Но она ошибается.
Я собрал последние остатки воли, и оттолкнул ее. Девушка опешила. Факт, что ничего не будет, быстро дошел до ее мозгов, но тень непонимания я прочел на ее красивом восточном лице. Женское сердце верит в то, что хочет верить, и Дина, облизав языком губы, прошептала:
— Милый, ты же не оттолкнешь меня? Я скучаю по тебе...
Я быстро встал и застегнул брюки. Подавленное возбуждение и желание вагинального секса, которого у меня уже два месяца не было, я в очередной раз загнал куда-то вовнутрь.
Дина встала, обняла меня сзади. Я спиной, сквозь рубашку почувствовал, как упирается в меня ее упругая грудь. Сам удивился, как я смог отвыкнуть от ее сисек. Она сказала:
— Женись, на ком хочешь, твоя жена никогда ни о чем не узнает, но дай мне возможность быть с тобой, я ничего не прошу взамен. Тебе со мной было так хорошо.
Она права во второй фразе, но обманывает меня в первой. Такая как Дина — яркая и самодостаточная — захочет быть вторым номером лишь на какое-то время. И тогда мое счастье с Настей может смениться торжеством сексуальной и целеустремленной самки. Я этого допустить не могу.
— Нет, Дина, нет — спокойно, насколько смог успокоиться, отвечаю. — Я люблю Настю, и с тобой у меня может быть только дружба.
Кому-то я уже говорил эти слова.
Дождался, когда Дина в расстроенном состоянии поправит блузку, попросил ее заказать мне билет в Москву на следующий день и отправил ее домой. Уже поздно, и рабочее время нужно сменять временем личным, когда Дине можно попробовать влюбиться в кого-нибудь другого.
На следующий день Настенька проводила меня в аэропорт, и я пообещал в скором времени вернуться. Мы поцеловались перед недолгой, как хотелось верить, разлукой.
И вот я в Москве. Быстро добрался до ресторана, где меня ожидал заказанный на вечер столик. С решимостью и настроением захожу вовнутрь, присаживаюсь и смотрю на часы.
