В Юрмале много таких домов. Обшитые досками по моде первой половины прошлого века они смирно ветшают среди сосен. Иной хозяин из нуворишей рискнет отреставрировать какой-нибудь коттедж, но такие дома-везунчики расположены ближе к фестивальному центру растянутого по балтийскому берегу города. Остальные же десятилетиями безмятежно ждут новых хозяев.А этот дом был странный, особенный. У Мариса — чутье на такие дома. Он любил исследовать заброшенные особняки. Нередко там можно отыскать нечто редкое, антикварное. Нужно только убедиться, что сигнализации нет, а вскрыть сгнившие двери не составляло труда. Такие поиски — его хобби, но Марис мечтал, что однажды они станут бизнесом.Инга была до неприличия настойчива в своем стремлении обязательно куда-нибудь пойти вместе. Не то, чтобы Марис был равнодушен к ней, Инга — девушка симпатичная, замуж уже сходила, на конфетно-букетном периоде можно было сэкономить. Но в деле поиска антиквариата есть свои секреты. В конце концов, Марис уступил. Когда они с Ингой проникли в этот странный дом, сначала искатель антиквариата даже растерялись. Какая-та анфилада комнат с искусственными окнами, то освещенными, то нет. Куча запертых дверей, ведущих непонятно куда. Но заброшенности не наблюдалось. Кто-то неведомый регулярно убирал дом. Молодые люди без толку слонялись в этом лабиринте пару часов, пока Инга не начала паниковать. Её страх передался Марису, у которого появилось чувство, что двери, в прошлый раз открытые, теперь все чаще и чаще оказывались запертыми. Дом словно играл ими, загоняя в угол лабиринта.В спальне, украшенной роскошной арабской кроватью, Марис и Инга разглядели лаз в стене. Именно лаз — какое-то непонятное отверстие, которое вело явно на ту половину здания, где искатели кладов еще не были. — Лезем? — спросил Марис. — Ты первый! — Инга предоставила ему право быть джентельменом.Встав на четвереньки, Марис уверенно пополз вперед и оказался в такой же анфиладе комнат.Инга замешкалась, как вдруг её крик заставил парня обернуться. Из щели в полу, на которую он не обратил внимания, выскочила панель, которая зафиксировала девушку под подбородок. Её голова торчала в ту комнату, где теперь находился Марис, а вся остальная часть тела осталась на той половине дома. — Черт! — на глаза Инги навернулись слёзы. Несколько минут, ругаясь, они пытались в четыре руки расширить отверстие. Бесполезно! Тот, кто спланировал ловушку, предусмотрел тщетность таких попыток. — И что теперь делать? — зачем-то спросил Марис.Девушка недоуменно захлопала длинными ресницами — совсем неподходящий момент прикидываться дурочкой: — Ну, кто из нас мужчина? Ты или я? Сделай что-нибудь.Марис отправился было осмотреть свою анфиладу, как Инга ойкнула.Её лицо густо покраснело, а милая головка затрепетала в узком отверстии, отражая невидимую мне борьбу. — Что там? — юноша опустился перед ней на колени, силясь заглянуть в щель в просветы около её шеи. Кроме плеч девушки и скомканного платья не видно было ничего. — Меня... Ой! — она умолкла и, прекратив трепыхаться, навалилась на перегородку всем телом с той стороны. — Что? Что?!Инга молчала, зажмурившись. — Мне киску лижут, — выдохнула она шепотом и в полный голос снова ойкнула.Марис окончательно растерялся и подскочил. Девушка опустила взгляд в пол — парень почувствовал себя лишним и в очередной раз попытался осмотреть комнату. Справа от головы Инги стена была сложена из кирпичей в шахматном порядке, оставляя просветы. Явно в ту спальню, откуда он сумел выползти, а Инга — нет. Эти щели были достаточны для обзора, но стена стояла под прямым углом к ловушке. Марис стал смотреть в разные щели — никого не было видно, стал прислушиваться, но кроме довольных мужских смешков и возни, не услышал ничего.Он возвратился к Инге. Она со
