руками лицо. Руслан поднял пистолет и направил на него, тот недоверчиво тряс головой; Милана закричала и заслонила его. Шофер отнял пистолет, оттолкнул босса и, подойдя к парочке, несколько раз ударил парня по лицу. Тот упал на кровать и закрылся руками, Милана отталкивала водителя, не переставая кричать. Отпихнув её, тот схватил парня за волосы и потащил к двери. Вытолкав того, вернулся за его одеждой и выбросил с балкона. Затем велел одеться рыдающей девушке, сказав, что увезет её. Испытав шок оттого, что впервые после разлуки увидел Милану, ублажающую другого, Руслан пришел в себя. Заметив одетую девушку и ждущего её водителя, велел тому убираться, а ей остаться. Плачущая девушка вцепилась в мужчину, тот нерешительно переминался на месте. Подойдя к Руслану, шофёр заглянул ему в лицо и взял за плечи. Тот пообещал, что не тронет её, а его спутник в свою очередь пригрозил, что если что-то случится, он сам сдаст Руслана в полицию, и ушел, громко матерясь.Он сидел в кресле, она стояла посреди студии с верхней одеждой в руках, прошло много времени в молчании. Он снял пальто, подошел и посмотрел на неё. Она долго не решалась на него взглянуть и все же, найдя в себе силы, подняла глаза. Раскаяния там не было, один страх и неприязнь. Он протянул к ней руку, она отшатнулась. — Я от тебя ухожу! — Почему? — задал он дурацкий вопрос. — Я тебя не люблю. И не любила. — К нему? Помедлив, негромко: — Да! И он взорвался.Произошедшее потом он признавал правильным, но необязательным. Конечно, жалел. Он ударил её несколько раз куда попало, сначала сильно, потом опомнился. Сломив её сопротивление, сорвал одежду. Ремнем связал ей руки и швырнул к кровати, она упала возле. Вынул член и мастурбацией довел его до эрекции. Пытался втолкнуть его ей в рот, она сомкнула губы. Он зажал ей нос и засунул в приоткрывшийся рот напряженный, готовый взорваться орган. Закрыл глаза, чтоб не видеть её искаженное и несчастное лицо и, схватив за волосы, сильно и грубо стал натягивать на член. Разрядка все не наступала. Он взглянул на неё: она задыхалась, издавала какие-то булькающие звуки, выглядела страшно и была близка к обмороку. Из её глаз лились крупные слезы; его член упирался ей в глотку так, что ему самому стало больно. Он выдернул из неё пенис, она захрипела. Не давая себе возможности задуматься, чтоб не остановиться в ужасе от содеянного, он рывком поднял её и бросил животом на край кровати, схватил её бедра и рывком всадил член в её лоно. Впившись в её бедра и оставив на них синяки, он со страшной силой насаживал её на себя, но никак не мог кончить от ярости. Отшвырнув её, он обшарил тумбочки, нашел смазку, выдавив полтюбика, намазал себя и её и, торопясь, толчком вошел ей в зад. Ничего особенного он не почувствовал, как не ощутил ничего от насилия над ней ранее, его захватили совсем иные эмоции, и к сексу они не имели никакого отношения. Проделав несколько фрикций, он кончил.Она громко рыдала и продолжала даже тогда, когда он вернулся из ванной, где облился ледяной водой. Он присел на край кровати, Милана, поджав под себя ноги и согнув спину, никак не могла остановить громкий несчастный плач. Он снял с неё ремень и набросил на её содрогающееся тело одеяло. Она не меняла позы и плакала, наверное, часа 1, 5. Потом она успокоилась, задышала ровнее и, он задремал на краю кровати.
