На глазах выступили слезы.
— Я задал вопрос, или ты вдруг резко онемела? Сколько тебе лет?
— Шестнадцать.
— Ты замужем?
— Нет.
— А уже познала мужчину?
— Нет.
— Ну что ж... Сэм, развяжи ее, думаю, девочка будет вести себя благоразумно. А, крошка?
Сэм долго возился с узлами, затянул он их на совесть. Наконец, она смогла пошевелить руками. Размяла запястья и увидела красные полосы на них, завтра они, скорее всего, посинеют. Но разве имело это значение, когда впереди была полная неизвестность. Что приготовила для неё судьба? Кто она теперь? Она — Дария, последняя из рода Северных Королей. Теперь всего лишь пленница, собственность торговца живым товаром Сеймура.
— Сними платье, — резкий приказ прервал её горькие раздумья.
Эти слова заставили всколыхнуться её королевскую гордость. Дария подняла голову, расправила плечи и с вызовом произнесла: «Я не сделаю этого!» Очередная пощечина обожгла лицо. На этот раз это был серьезный удар, в уголке рта появилась капелька крови.
— Ты, сука, плохо понимаешь, где ты и кто ты теперь. Забудь все, что было в твоей жизни. Теперь ты моя собственность. И я могу делать то, что считаю нужным или хочу делать. А будешь строить из себя недотрогу, я найду методы тебя укротить, — голос Сеймура во время этой проповеди стал похож на шипение змеи.
Она понимала, что сейчас сделает только хуже себе, если не подчинится. Тогда она приняла решение — надо бежать, найти способ и бежать, но сейчас надо быть послушной, по крайней мере, пока не стало хуже. Она гордо вскинула голову, так что длинные черные волосы рассыпались по плечам, и начала расплетать шнуровку на корсаже платья. Платье сползло с плеч, и грудь оголилась. Вдруг резкий озноб пробежал по всему её телу. Никто из мужчин не видел её обнаженной, только служанки. А здесь стояли сразу двое и пялились на неё.
Сеймур уже терял терпение. Он протянул руки и резко сдернул платье вместе с панталонами вниз. Они упали к ногам бесформенными кусками ткани. На ней остались только ботики, в которых ходили служанки. Дария испытывала странное чувство — оцепенение или апатию, как назвать то, что она стояла как столб, опустив руки по швам, с гордо поднятой головой и устремленным вдаль взглядом. Она не видела мужчин, что смотрели на неё, не видела обшарпанной комнаты захудалого трактира, она была не здесь и не в себе, была далеко отсюда.
Вернуться и ощутить реальность её заставило грубое прикосновение мужской руки. Сеймур схватил девичьи груди руками и ощупал их, выкрутил соски, отчего она вскрикнула. Далее провел рукой по животу и по треугольнику курчавых, коротко стриженных волос на лобке, легко шлепнул по бедру.
— Сэм, нагни ее, а то ведь сама не сделает.
Сэм подошел сзади, сгреб её волосы, накрутил их на руку и потянул вперед и вниз. Тело помимо воли стало сгибаться вперед. Сэм встал сбоку и прижал голову локтем к своему боку. Сеймур обошел девушку, провел рукой по спине, пару раз шлепнул по ягодицам.
— Хороша девка, — Сеймур отошел к столу. — Отпусти, пусть одевается.
Сеймур вытащил из шкатулки мешочек с монетами и кинул его Сэму.
— Держи, заработал. Поселить ее отдельно, никого не подпускать, глаз не спускать. Отвечаешь за нее головой.
Дария в это время лихорадочно натягивала панталоны и платье, стараясь поскорее закончить эту позорную процедуру осмотра. Товар, теперь она товар — крутилась в голове фраза. Хотелось заплакать, нет, забиться в рыданиях, но только не здесь, не сейчас, не у них на глазах. Вот только руки предательски дрожали, когда она затягивала шнуровку на платье.
Сэм отвел её в крохотную комнатушку, где-то в углу второго этажа. Там был лишь какой-то грязный тюфяк на полу и больше ничего. Крикнув кого-то и оставив его у двери, он сам спустился вниз. Девушка опустилась на тюфяк и задумалась. Бежать, надо бежать, иначе...
Открылась дверь, вошел Сэм и поставил перед ней
