полотна. Вздыбившаяся плоть, уже налившаяся до каменной твёрдости, казалось, вот-вот разорвёт плотную ткань. Демон приблизилась, оказавшись между его ног. Тонкие, но сильные и нежные руки легли на его бедра, а лицо нависло над напряжённым членом, так что губы чуть не касались через ткань его головки.
«Я надеюсь, все происходящее не отражается в реальности», — подумалось Стражу. «Если я сейчас лежу в Редклиффском замке с вот таким бугром на мантии, у окружающих могут появиться идеи насчет того, как я сражаюсь за жизнь Коннора».
Это была последняя связная мысль, промелькнувшая в его голове. В следующую секунду пальцы демона размашистым жестом сорвали с него последнюю преграду между обольстительницей и напряжённым органом Стража. По инерции резкого движения, вырвавшийся на свободу инструмент несколько раз покачнулся вперед-назад, вновь едва не задевая женское лицо, и замер, нацелившись на чувственные губы. Он, как и остальное тело, сейчас не повиновался Стражу, но налившаяся кровью багровая головка будто своей волей стремилась хотя бы прикоснуться к прекрасному творению Создателя.
Демон подняла глаза, в которых плясали знакомые неясные искорки. Ее взор встретился с остекленевшим взглядом Стража. Слов не требовалось, и, придвинувшись ближе к магу, демон обхватила его плоть губами и опустилась до самого ее основания, позволяя ей погрузиться до самого горла.
Трудно сказать, на что это было похоже. Во всяком случае, минет от человеческих и эльфийских мастериц напоминал это весьма слабо. Страж не сказал бы, что демон ласкала его языком — скорее десятки маленьких, податливых, влажных и горячих жерновов принялись рьяно обрабатывать его напряжённый ствол, то усиливая напор, то задевая его лишь мимолетными, нежными прикосновениями. Там, где сосредоточились сейчас все ощущения мага, было жарко — о да, ещё как! — но это был не расслабляющий и умиротворяющий жар, а что-то свирепое, исступленное, до неестественности обострявшее чувства и заставлявшее желание расти все больше и больше.
Страж хрипло дышал, не сводя глаз с ритмично движущейся головы демона с пламенной шевелюрой. Плотно сжимавшие его член губы сновали вверх и вниз, на мгновение вырывая его из сладостного жаркого плена, чтобы тут же вернуть его туда. Да, он испытывал невиданное наслаждение — но теперь его удовольствие целиком находилось в чужой власти, и одна мысль об этом одновременно уязвляла Стража и возбуждала его до предела.
Внезапно сковавшее его нечто ослабло, и молодой маг понял, что может двигать руками. Поскольку остальные части тела еще отказывались повиноваться, Страж сделал единственное, что ему оставалось — потянулся вперед и, крепко схватив демона за фигурные рога, принялся яростно натягивать ее на свой член. Прекрасная партнерша не возражала — в своем царстве Тени она не была скована рамками анатомии, и тонко очерченный рот без затруднений принимал в себя вздыбленную плоть Стража даже вместе с яичками, которым тоже доставалась своя доля любви. Головка же пробивалась даже дальше, чем прежде — с каждым ударом пениса её стискивала глубокая и приятная теснота, неохотно отпускавшая при возвратном движении. Решила ли демон сымитировать заглатывание, или это было еще что-то, выпускника Круга не волновало — сейчас его заботил только процесс.
Установить длительность соития Страж даже не пытался. Единственные мысли, не посвящённые собственным ощущениям и ротику партнерши появились у него лишь тогда, когда последняя выпустила его член изо рта, напоследок прикоснувшись к нему губами, и подалась назад. Снова утратившие силу руки безвольно соскользнули с изогнутых рогов, чтобы быть подхваченными в падении невидимой опорой. Напряжение плоти, прежде скрадывавшееся умелыми действиями демона, но ни на йоту не убывшее, вновь заявило о себе в полный голос. За какую-то секунду голове Стража
