Как жарко. Юрий поправил галстук, струи тугого жаркого воздуха от направленного в лицо вентилятора не приносили облегчения. Раздражение и усталость разрывали гудевшую голову. Напрасно стараясь успокоиться, он вспоминал проведённые на работе вчерашний день и всю ночь. Оплата по так тяжело давшемуся, так не обходимому его фирме проекту была на грани срыва. Он и секретарша Маша всю ночь перебирали ворох платёжек, пытаясь в них разобраться. Бардак в компьютере... Только к утру всё было сведено и упорядочено. Было понятно, что, сколько, когда и кому за что было переведено. Сумма, после вычета всех платежей и налогов была понятна и приятно радовала.На столе лежала папка, личное дело его новенькой бухгалтерши и стоял запотевший, истекающий каплями стакан холодного апельсинового сока, принесённый Машей. — Что же мне с ней делать? Уволить к чёрту... — Глоток из запотевшего стакана, и прохладная влага, прокатилась прохладной волной по горлу. — Или... А кондиционер надо поставить, и не медленно. Маша! Позови Ирину!В комнату вошла высокая светловолосая женщина лет 30, одетая в летнее платье, от жары прилипшее к телу, остановилась перед столом, за которым сидел Юрий.Вызывали? — виновато сказала она.Юрий поднял глаза и, не произвольно заглянув в глубокий вырез платья, заметил полоску темно-синего лифчика, скрывавшего упругие груди. — Да. Чёрт. Мало того, что ты каждый день опаздываешь, ты такой бардак в платёжках развела. Мы с Марией Петровной всю ночь работали, твой бардак разбирая. — Юрий Иванович...Юрий нервно затеребил галстук и глотнул из запотевшего стакана. — Такие ошибки и такой бардак не простителен. Ты это понимаешь? Не важно, что тебя мой дядя привёл. — Юрий Иванович, это больше не повториться, я обещаю. — Ты будешь наказана. Юрий открыл лежавшую перед ним папку, любовно приготовленную Марией Петровной. — Это приказ о твоём увольнении, осталось только подписать. У тебя два варианта. Или забирай приказ и катись к чёртовой матери, или будешь выпорота. Дам тебе шанс, тем более, что ты обещаешь, что это не повториться. Выбирай.Ирина, сделав круглые от удивления глаза, в упор посмотрела на Юрия. — Вы это серьёзно? — Серьёзней не куда. Выбирай — или, или. Ты меня чуть не разорила, думаешь, это тебе так просто с рук сойдёт?Ирина подумала о том, как долго искала более — менее прилично оплачиваемую работу, а дома двое детей. Мужа нет. Придётся потерпеть. Как стыдно... — И кто же меня будет пороть? Вы?Юрий, сердито взглянув, протянул конверт. — На конверте телефон, позвонишь и передашь конверт. Ступай.Ирина, повернувшись, поспешила к выходу, а Юрий, глянув в след на круглую попу обтянутую тонким платьем, подумал о том, что, наверное, эта блядь трусов не носит.Вернувшись, домой Ирина достала из сумочки заветный конверт и, волнуясь, набрала написанный на нём крупными цифрами номер. — Добрый вечер. Чем могу помочь? — К удивлению Ирины ей ответил женский жизнерадостный. доброжелательный голос. — Добрый вечер. Я от Юрия Ивановича, он просил передать вам конверт. — Да, да. Он звонил мне. Вы Ирина? Очень приятно. Приезжайте ко мне завтра с утра, пока дети в школе. В 10 у меня. Жду.И она назвала адрес.В назначенное время Ирина постучала в дверь. Ей открыла стройная девушка лет 25. — Здравствуйте. Вы Ирина? Я — Стела. Проходите. Это потом — она остановила Ирину. Пытающуюся дрожащими от волнения пальцами достать из сумочки конверт и пропустила её в квартиру.В большой комнате у стены стоял диван, на котором лежало несколько маленьких подушек, по середине лежал ковёр, стояли спинками друг к другу два стула. У другой стены узкая кушетка, обтянутая кожей. На крючках висело несколько ремней и странных гибких прутьев с рукоятью. — Проходите, раздевайтесь — она улыбнулась оробевшей от не понятной ситуации
