всеобщее обозрение киску и играясь с увлажняющимися, как по мановению волшебной палочке, стенками влагалища напомнил мне мой новый Босс. Послышались странные щелчки и я почувствовала как нечто раздвигает мое «очко». Скорее всего то был анальный расширитель. Сперва натренированная Госпожой попка легко растягивалась, но Фрэнки словно желая узнать ее предел не останавливался и продолжал подкручивать. Сначала вернулся знакомый дискомфорт, затем зуд и вскоре я уже кусала от боли губы. Казалось еще чуть-чуть и меня буквально разорвет надвое. К счастью, уже через пару секунд мою попку оставили в покое и судя по восторженным восклицаниям и сальным шуточкам, зрелище там было то еще.
— Дамы и Господа, сегодня у нас знаменательное событие, впервые в нашем маленьком клубе вас будет обслуживать черный, как сама ночь в Нигерии, спермоприемник. Пусть она еще неопытна, но вас она не разочарует. Встречайте! Лолачка «Черная Дыра»! О, наш ночной цветок пустыни, так удобрим же ее и поможем прорости! — словно зазывала, задорно представил меня публике Фрэнки. — Вы только посмотрите на это дупло! Да она бьет наши личные рекорды! Эти расширители были сделаны на заказ и сейчас, впервые они накручены на максимум!
Ох, не этого я ожидала, соглашаясь на эту работу. Мне стоило больших усилий расслабить свою превращенную в слив для спермы попку. О, как бы я хотела увидеть себя со стороны!
Не успела я подумать об этом, как почувствовала внутри себя нечто мокрое и теплое. Мое обостренное обоняние тут же унюхало знакомый запах спермы. И было ее не мало, возможно один из тех заполненных ранее стаканов.
После этого мир словно сошел с ума. По моему телу загуляли грубые мужские ручищи шлепая по выдающимся сиськам и жопе, гладя мою кожу и засовывая пальца куда только можно и нельзя. Судя по характерным звукам, в мой «слив» не только дрочили и сливали уже заполненные стаканы, но и плевали словно в плевательницу. Это было удивительное совершенно незнакомое ранее ощущение, как во МНЕ, внутри моего распахнутого, пульсирующего кишечника плещется вся эта склизкая масса из спермы и слюны.
А народ тем временем продолжал потягивать напитки и обсуждать меня словно мебель.
—... Бля, ты только зацени ее формы! Какие сисоны! С виду и 18 не дашь, а по «баллонам» уже за двадцать...
—... Жопень тоже ничего, отъелась на харчах русских тварь черножопая...
—... А ее зубастая пизда тоже рабочая? Я бы проверил ее на прочность. Глотка небось лужоная...
—... Эй, Фрэнки, ты ее уже пометил? Гляди, а то ведь конкуренты уведут и пиши пропало...
— Блядь, у этой сучки самые большие соски какие я когда либо видел, так и напрашиваются на пару здоровенных колечек! И в нос...
—... Эй, принесите «колбу»! Не могу смотреть как такая пизда простаивается...
У меня голова шла кругом от услышанного. О чем говорят эти люди? Мало того, что тело с ума сходило от грубых потискиваний, а груди и задница саднили от постоянных шлепков и жамканья, так еще эти пугающие разговоры... и это когда я и пальцем не могла пошевелить в свою защиту, хотя и понимала, как бы это было бессмысленно.
Сперва это показалось мне пустым трепом в целях попугать дебютантку, но вскоре острая боль от иглы машинки для пирсинга пронзившей левый соске быстро убедила меня в обратном. От неожиданности испуганный крик боли вырвался из моего рта, вызвав в окружающих восторг но также слабые нотки недовольства.
— Мы так не договаривались... — слабо ворочаясь в крепких путах залепетала я давая выход невидимые для обидчиков из-за повязки слезам.
— А ну, цыц, спермоотстойник. Ты сама согласилась на эту должность, тебя никто сюда силком не тащил. Все что с тобой сейчас делают — стандартная процедура. Мои работницы все помечены, что бы не переметнулись к конкурентам. У нас с ними перемирие. Они не забирают моих сучек, а я — не трогаю их, — раздался над ухом голос Фрэнки и второй сосок
