Перед собеседованием Ирина по-настоящему волновалась. Так, как волновалась когда-то перед экзаменами в институте или когда в самый первый раз шла устраиваться на работу. Собственно, о трудоустройстве речь шла и сейчас, хотя всего пару месяцев назад она и представить не могла, что будет так отчаянно нуждаться в работе. Несколько последних лет она занимала должность директора Северской регистрационной палаты, и была вполне довольна собой и жизнью, до тех пор, пока не случилось непредвиденное. Ирина чрезмерно увлеклась хитроумными комбинациями с выделяемыми регистрационной палате бюджетными средствами. Искушение слегка подкорректировать некоторые расходы в сторону увеличения, чтобы положить образовавшуюся разницу себе в карман, оказалось слишком велико. К несчастью, в конце концов, ее махинации все-таки всплыли. Скандал удалось замять, но с работой в регпалате пришлось расстаться. И начались трудные времена. Северск был слишком маленьким городом. Спрос на юристов оказался совсем невелик, а уж на юристов с подмоченной репутацией — как оказалось слухи распространяются слишком быстро, и того меньше.
Сначала Ирина обращалась в государственные и муниципальные структуры, потом в частные компании — но везде ей в той или иной форме отказали. Не помог ни самостоятельный поиск, ни обращения к друзьям и знакомым. После двух месяцев безуспешных попыток Ирина была к близка к отчаянью. Махинируя с бюджетом она старалась быть умеренной, искренне полагая это залогом успеха. Но сейчас прежняя умеренность обернулась против нее. Она не так сильно нажилась, чтобы обеспечить себе безбедное существование до конца дней, к тому же определенную часть средств пришлось вернуть в бюджет. Сейчас ее сбережения подходили к концу, и никакого выхода из сложившейся ситуации она не видела. Ирина уже практически смирилась с мыслью, что ей придется встать на биржу труда с перспективой получить в конце концов место продавщицы или уборщицы, когда ей позвонила старая подружка Анастасия. Эта бойкая рыжеволосая и пухлогубая дама много лет отработала в регпалате под началом Ирины, а после ее увольнения заняла кресло директора.
— Привет, ну как ты? — спросила она, когда бывшая директриса ответила на звонок.
— Как? Ну, как обычно! — с нервным смешком ответила Ирина.
— Слушай, Ирин, я к тебе вот по какому делу... Мой старый приятель открывает у нас филиал своей фирмы. А директором ставит своего сына. Сейчас они набирают штат и им как раз нужен начальник юридического отдела. Чувствуешь, я к чему?
— Да, конечно. А тех же проблем, что у остальных не возникнет?
— Нуууу... — задумчиво протянула Настасья. — обещать я, конечно, не могу, но их директор — хороший мальчик и, главное, неравнодушен к взрослым тетям. Обояй его — и место твое.
— А ему сколько?
— М... Двадцать пять, по-моему. Ну, спать с ним необязательно. Хотя, если очень захочешь... Он ничего так, накачанный.
— Да ну тебя, — засмеялась Ирина, которой даже тень надежды оказалась способной вернуть хорошее настроение. — я на полтора десятка лет его старше.
— Шучу, шучу, — хихикнула в трубку подружка. — Ну, так как? Ты заинтересована?
— Конечно, Насть, спасибо тебе огромное. Я уж думала, совсем ничего не найду.
— Ничего, прорвемся. Тогда записывай время и адрес. А я их предупрежу.
И сейчас Ирина собиралась на собеседование в Северский филиал ЗАО «Лютерна магика». Еще утром она побывала в парикмахерской и сделала новую прическу (ей всегда шли короткие стрижки). Приняла душ. Наложила строгий, аккуратный макияж (тональник, классическая черная тушь, подумав, подвела губы карандашом и подкрасила неяркой помадой). Запястья, шея и за ушами были помечены любимыми духами. Из белья она выбрала бюстгальтер пуш-ап и стринги, а также черные без рисунка чулки с широкими кружевными резинками. В одежде был предпочтен деловой стиль — жакет, белая блузка,
