поднялась и сладко потянулась всем телом, подняв руки вверх.
Алексей с нежностью посмотрел на нее. Все в ней вызывало восхищение и положительные эмоции. Ее голос: звонкий и нежный одновременно, его тембр настраивает тебя сразу на положительный лад и больше не отпускает... Ее глаза: зелено-серые с теплыми огоньками внутри и озорными искорками, прячущимися в этой бездонной глубине... Ее волосы: густые как у красавиц квадроченто, запечатленных на полотнах мастеров эпохи Возрождения, подстрижены коротко, открывая прекрасную шею и нежные ушки с маленькими сережками, ему безумно захотелось тотчас взять мочки ее ушек вместе с сережками в ротик и покатать их язычком внутри, легко посасывая и постанывая от вожделения... Ее губы: улыбка — это ее визитная карточка, если бы сказали, опишите ее одним словом, это слово было-бы — улыбка — красивая, добрая, озорная и веселая, зажигающая рядом с собой тысячи солнц и согревающая этот мир... Ее руки: как два больших крыла, которые могут поднять ее над суетой этого мира и перенести ее в мир, где правят бал Музы, где она находит убежище от однообразия бытия. Ее ласковые ручки могут вознести тебя на вершину блаженства... Ее сочная грудь способна привлечь к себе множество нескромных взглядов, забирающихся в ее глубокие декольте и под ее тоненькие бюстгальтеры. Она не отказывала себе в удовольствии поиграть с сильной половиной человечества на своей половине поля, на которой поспели эти две сладкие дыньки. Мало найдется мужчин, которые бы не грезили прижаться к этим спелым плодам лицом и не отведать их вкус. Но, как правило, дальше созерцания издали все это не заходит. Ее спинка: как у грациозной лани, такая прямая и гордая, что кажется, проведи по ней подушечками пальцев сверху вниз, вдоль позвоночника, и она заиграет волшебной флейтой, особенно внизу ближе к ложбинке с которой начинается роскошная попочка, и если сделать несколько кружков вокруг этой ложбинки, мягко поглаживая ее нежную кожу, то кроме флейты можно услышать еще и нежное кошачье мурлыкание... А эти ножки... , вместе с тем местом из которого они растут, оооо... , это отдельная песня, песней...
Она вытащила сумку из под полки и поставила ее на соседнюю, достав пакет со снедью водрузила его на стол и стала разворачивать свертки извлекая содержимое. В небольшом на вид пакетике оказалось много вкусного и полезного в дороге. Коробочка с бутербродами, с колбасой и сыром, свежие огурцы и помидоры, соль, вареные яйца, кусочек вареной курочки и еще всего помаленьку. Помимо всех прочих достоинств она еще оказалась и великолепной хозяйкой. Алексей достал небольшую металлическую фляжку с коньяком, две стопочки, лимон и шоколадку. Джентельменский набор в дорогу. Конечно такого изобилия еды, как у спутницы, у него не было, но этого и не требовалось. Несколько минут и умелые женские руки придали этому импровизированному столу изысканность и великолепие версальского банкета. Объединенные единым столом и дорогой спутники подняли рюмочки и выпили за знакомство. Перекусили, чем бог послал и сама Виктория собрала. Тост конечно не оригинальный, но отражает существо сложившейся обстановки. Стук колес, полумрак купе, пробегающие за стеклом желтые фонари, высвечивающие в купе их обнаженные тела, создавали обстановку из доброй сказки, казалось, что сейчас с верхней полки свесится голова «купейного» и голосом Михаила Светина из фильма «Чародеи» спросит: «Не желаете ли чайку или что-нибудь к чайку?» Луч фонаря в очередной раз открыл прячущийся в полумраке сосок спутницы и быстро перебежал на другой, как в кабаре «Крейзи Хорсес» и вернулся опять, Вика заметила взгляд Алексея, сладко потянулась и ее красивые груди призывно качнулись. Два раза намекать Алексею было не надо. Он тут же перебрался на ее кровать и жадно приник губами к ее отвердевшему соску. Он перекатывал его языком внутри горящего рта, посасывал
