В основе всего лежит идея. Идея была такова — приехать и познакомиться. Как бы и все.
Да — приехала. В другой город. Оказалось, что встретиться ему негде — предложил в квартире друга. Вот и все — вокзал в чужом городе, такси и страшное волнение в лифте. Ноги просто не двигались. Но как оказалось, волнение было напрасным. Он оказался очень милым, общительным — встретил веселой болтовней у лифта, извинился и взял сумку. Понравился, в общем. Моя слабость перешла в ощущение головокружения.
Мы прошли в дом. Чисто и уютно — без претензий — тесная прихожая — направо кухня и прочее, налево зал. Есть я не хотела. Прошли сразу в зал — стенка, музыкальный центр, зеленый диван — добротный такой, рядом тумбочка, на тумбочке вскрытая упаковка влажных салфеток и бутыль массажного масла.
«Садись», — сказал он мне
Я села к нему лицом на диване. Он меня взял за плечи и аккуратно повернул к себе спиной.
— Я хочу почувствовать тебя. Можно?
Ну, я не знала, что сказать,... наверное, можно. Я почувствовала спиной, какой он горячий. Его тело ощутимо пульсировало, отдаваясь во мне. Это возбуждение охватило и меня какой-то сжимающей волной, уходящей из-под волос на затылке, вниз по позвоночнику. Он обнял меня. Спокойно и уверенно — одной рукой за талию — другую положил через плечо. Мы какое-то время слушали, как со настраиваются наши сердцебиения. Мне казалось, звук моего сердца — глухое и частое туканье, в тишине комнаты было хорошо слышно. Можно было бы написать — «тут я подумала... « Ни о чем я не думала — был страх, удивление, желание и азарт узнать, что дальше. Эмоции быстро менялись, стирая конкретные мысли. А дальше он расстегнул мне штаны и скользнул рукой под джинсы. Я дернулась, но он удержал меня другой рукой.
— Конечно, я мог бы спросить, но от твоего ответа ничего бы не зависело
Я хотела возмутиться, но он предплечьем прижал меня к своим губам,... Я подумала (да вот тут я подумала): «Сейчас я... (нет, что это такое!)... я просто уйду отсюда. Я...»
Мне казалось, что меня выплеснуло в невесомость. Мир потерял свои привычные характеристики. Как за нечто, связывающее меня с реальностью, я уцепилась за наш поцелуй. То, что он делал рукой в шта... черт, да как же это произошло — штаны были спущены (я умру со стыда, но очевидно уже позже)... у него такие тонкие смуглые пальцы! И я... судорожный вдох... глубокий такой... я и не думала, что можно... можно вот так... То, что он делал, он делал спокойно, виртуозно и с удовольствием. И внутри и снаружи. Из меня выливалось просто — не знаю, как... я просто текла,... я так хотела. Я пыталась, зажмурившись, отдаться ощущениям, но удовольствие, пронизывая меня вспышками, вырывалось наружу через мои расширенные глаза и хватающий воздух рот. Другой рукой он водил по моим влажным губам пальцем, иногда засовывая их мне в рот. Но мне было все равно. Я брала все и принимала все, что он мне давал. Боже! Пусть он делает так всегда!!!
Тело отреагировало на его слова — «Ложись на диван». Но самих слов я не слышала J Теперь я лежала на диване, но ощущение было, что я все время падаю. Руки мои жили как-то отдельно, то судорожно хватаясь за его руки, то пытаясь схватить в горсть обивку дивана. Периодически он заставлял меня своими руками выгибаться чуть не в мостик. Судя по всему, ему это нравилось. Он гладил меня свободной рукой по волосам, проводил пальцем по соск?... ам... ???
... у меня была рубашка... !!!...
А! Я вспомнила, как он одной рукой расстегивал пуговицы — только это было чисто зрительное воспоминание. Тело же помнило и чувствовало только тот бесконечный, сладкий и мучительный танец, что ни разу не повторившись, танцевала его рука,... наслаждаясь извивающейся и стонущей мной. Другой рукой (это тоже уже позже я вспоминала — как не очень хорошо запомнившийся сон) он опрокинул себе в ладонь бутылку с маслом и деловито с оттяжкой смазал свой член, пару раз оттягивая крайнюю плоть и снова
