внешностью...
— Внешность обманчива, — улыбнулась она, — Было один раз с соседом, жил тут один приятненький парень, азербайджанец, горячий, классно мне с ним было, потом он уехал... Юр, а ты один, или кто-то у тебя есть? — поглядела она на мою обнажённую грудь томным взглядом...
— Сейчас один. Веришь, или нет, я раньше не любил блондинок, а ты мне понравилась.
Катя улыбнулась, увидела мои глаза, как я сжимаю свой ещё не упавший член.
— Он у тебя хороший, здоровый, как и ты сам.
— Да, я знаю... Я ещё хочу...
— Ой, подожди, я ещё в себя не пришла, она у меня ещё не остыла...
— Когда остынет, она мне не интересна будет, — пошутил я.
Она привстала и вынула прокладку, белый кусок женской гигиены был пропитан соками влагалища.
— Вон как теку, как ты меня пробудил...
Я глядел на Катю, как она вынула из под лобка, этого таинственного местечка, промокшую прокладку сексуально скомканного вида, как смотрела на меня с довольной улыбкой и без слов говорила мне страстным личиком «возьми меня»! Мне ужасно захотелось ещё! Глядя, как Катя вставляет в промежность прокладку, как раздвигает пухленькие ляжки, потом вынимает прокладку обратно, мой член вновь окаменел! Катя подняла подол короткого сарафана и вытерлась полотенцем, она просунула полотенце до задницы и тщательно подтёрлась, меня это сорвало с места! Я захотел Катю лицом к лицу, в самой нежной и горячей позе! Я вырвал из неё полотенце и швырнул его в потолок, мы обнялись и начали целоваться взасос! Вдруг хлопнула дверь, я вздрогнул, член стал мягче, но Катя успокоила меня.
— Это сын, не волнуйся.
Она поправила платье и засунула использованную упавшую на пол прокладку, ногой под диван.
В кухню вошёл тот самый маленький мальчик, который был с этой блондинкой в магазине днём.
— Саша, поздоровайся с дядей, он мой новый друг, его зовут Юра, — сказала она сыну, — Юра, это мой сын Саша, — улыбнулась Катя.
Мальчик несмело поздоровался со мной и ушёл в свою комнату.
— Ты такая молоденькая, и у тебя уже сын, — удивился я на Катю...
— Мне двадцать пять, Саше семь, я его родила в восемнадцать, нормально. А тебе сколько?
— Мне тридцать.
— Ты не думай обо мне плохо, я не какая-нибудь проститутка, или вымогательница, кидала, нет, я обычная женщина с ребёнком, я не могу его бросить, сердце у меня доброе, а тебе отдалась с первого дня, потому что темпераментная, и ты очень понравился мне, да, мне нужен секс, а его никто давно не давал... А ты красивый, нежный, крепкий, такой же жаркий, как я, вот я и не удержалась. Мне очень одиноко бывает, вечером, когда хочется, чтобы кто-нибудь обнял, поцеловал, приласкал. Мне одиноко в кровати, сам понимаешь, молодой женщине тяжело одной. Когда я увидела тебя, почувствовала твой возбуждённый член, из меня потекло, во мне проснулось какое-то извращение!
— Я не думаю о тебе плохо, в тебе есть и нежное и страстное, и ты меня этим заводишь...
— Чем, я тебя завожу? — переспросила она.
— Своей нежностью и сексуальностью одновременно!
— М... м... м!
Катя поджала свои губки в сладкой истоме, и прижалась ко мне, мой член упёрся ей в лобок...
— Катя, я хочу остаться с тобой. Ты мне очень понравилась, нам с тобой будет хорошо, даже
продолжение следует
