«Как я упоминала в названии — это фрагмент из моего рассказа «Код: 666», чтобы ввести вас в курс дела, я специально написала предисловие...
Предисловие.
У меня нет ни имени, ни прошлого, ни будущего. Нет даже жизни...
Для вас знакомство будет не из приятных, но я представлюсь. Кличут меня Джокер. Я демон ада, который прислуживал архдемону Фениксу. Ключевое слово здесь «прислуживал». Всё началось с того, что мне надоело быть на побегушках и я просто сбежал. Вот и всё. Теперь я отступник и борюсь за своё существование. Мне пришлось самому себе добывать энергию, которая заключалась в человеческих душах. Всем известно — долго демону не прожить без подпитки. Вся магия, вся сила заключалась именно в них. Поэтому, мне пришлось пойти на договор с выдающейся демонесской Кровавой Мэри. Долго мне её уговаривать не пришлось, и мы пошли на соглашение: она — отдаёт глупых детишек, осмелившиеся потревожить её дурацким ритуалом, а я ей — девчонку с могущественной аурой, которая вызывала Кровавую вместе со своими друзьями. Я должен был лишить её силы и передать Мэри. Не знаю, почему «любимица молодёжи» переполошилась из-за неё, но это было выгодное предложение. Поэтому я согласился. После того, как я получил все нужные указания, пришёл на место вызова вместо Мэри...
Конечно, ребятишки не ожидали такого исхода! Но осознали свою ошибку слишком поздно.
И тут... понеслась!
Как же хорошо, когда ты ничего не чувствуешь. Ни страха, ни боли, ни сожаления. Тоже самое чувствовал и я, когда по одиночке разбирался с этими юными девушками и парнями. Были слышны лишь крики, переходящие в жуткие вопли. Они умирали быстро, потому что я так захотел, чтоб не слышать эти подорванные голоса, зовущие на помощь. В ушах у меня звенело, а перед глазами была, словно кровавая пелена. Кого-то я полоснул кинжалом, разрезая внутренние органы, кого-то только одним взглядом швырял обо все четыре стенки, и без того перепачканных полосами крови. Я сделал всё быстро. Мертвые тела были разбросаны по всей комнате, в лицах которых так и застыл ужас, запечатлённый во время кровавой резни. Обезображенные шрамами и порезами, они так и лежали и давно перестали дёргаться и трястись в конвульсиях от потери крови. И большие багрового оттенка лужи растекались под этими телами, впитываясь в мягкий ковёр, а со стен пятна медленно и плавно текли вниз небольшими и тонкими струйками. Вся мебель была перепачкана кровью, как и то зеркало, которое в суматохе разбилось на множество осколков.
Я стоял посередине комнаты, не отводя глаз от девушки, которую оставил в живых. Она застыла, вжавшись в угол, который единственный оставался чистым и не запятнанным кровавыми брызгами. Она дрожала от страха, тряслась, наблюдая, как я вытираюсь и облизываю со своих пальцев кровь её друзей. Убрав со щеки очередные капли, я усмехнулся, оскалившись ей. А брюнетка старалась не замечать трупы, она лишь вся съежилась от нахлынувшего на неё потока эмоций. Зажмурив глаза, девушка резко открывала их, мысленно убеждая себя, что это страшный сон. Кошмар. Но, к несчастью для неё, я вполне реальный. Спрятав оружие за пояс, я медленным шагом направился к ней, с удовольствием наблюдая, как каждая её жилка содрогалась в ужасе, с каждым моим шагом навстречу к ней.
— Не подходи ко мне, нечистый!
Она выкрикнула эти слова, стараясь показать, что она не боится меня. Но меня не обманешь. Я знаю истинные чувства, вижу их насквозь.
— А если нет, то что?
Я вплотную подошёл к ней, выставил правую руку вперёд, упираясь ею об стену, тем самым загромождая собой для девушки проход. Брюнетка тяжело задышала и всем телом притулилась к углу. Я стал осматривать тело выжившей жертвы, и мой взгляд остановился немного ниже белоснежной шеи. Её грудь вздымалась и опускалась. Сама она сглотнула ком, скопившийся в горле, и зажмурила глаза, отведя голову в сторону.
— И как же нас
