опускалась медленно, закрыв глаза, слегка улыбнувшись, член всё дальше погружался в её горячее, влажное лоно. Наконец, она села на меня, она приняла член в себя до конца.
Я взял её за бёдра, а она выдохнула:
— Хорошо...
Вот тут я мысленно ещё раз поблагодарил широкий диван и высокую крышу «Патриота», едва она начала двигаться на мне. Её движения были не быстрыми, не резкими, они были исполнены какой-то духовности, о чём говорили её прикрытые затуманенные глаза. Она двигалась медленно, будто привыкая в члену внутри себя, а я не упорствовал — мне всё нравилось. Стёкла в машине начали запотевать тогда, когда она искорилась. И вот тут я почувствовал, о какой энергии она говорила — она будто сорвалась с цепи, скакала как бешена, грудь колыхалась от её движений, мне показалось, она двигала бёдрами, каждый раз загоняя в себя член по-разному. Она что-то нечленораздельно шептала, хрупкое тело извивалось.
Я перенёс руки и уже держал её за упругую грудь — она сдвинула руки чуть точнее и прижала пальцы к соскам, отчего иногда мне приходилась их подёргивать — всё это сопровождалась вздохами, иногда она взвизгивала, но не прекращала скакать на мне.
И вот теперь я уже не мог не поверить — вагина начала резко быстро-быстро сжиматься, она была близка к оргазму. Голос сбивался, иногда она срывалась на стон или вскрик.
— Милый мой, хороший... Ещё, ещёёё... Вот так сучку-у-у-у...
Последний звук закончился громким вскриком и она без сил упала прямо на меня. Член всё ещё находился в неё, от оргазма его довольно хорошо сжало, что доставило мне массу удовольствия, но сам я ещё не кончил. Теперь иногда мышцы лишь подрагивали, Ира тяжёло дышала, отходила от пережитого оргазма. И хотя внешне он продолжался не более двух секунд, внутри Иры творилась до сих пор настоящая феерия.
Наконец, она откинула прядь волос и посмотрела на меня.
— Сон... сон не подвёл, духи не подвели. Ты умничка.
Она поцеловала меня в щёку.
С трудом, издав тяжёлый протяжный стон, Ира снялась со стоячего члена.
— Бедный мой мальчик, — улыбнулась она, — ты не кончил... Пойдём со мной.
Не одеваясь, босиком, она открыла дверь машины и спрыгнула на траву. Ночь выдалась лунной и теперь мягкий серебристый цвет блестел на её теле, отражаясь в капельках пота. Я вышел следом за ней, а Ира повернулась навстречу Луне, выгнулась вперёд и сладко потянулась. Повернувшись ко мне, она положила мне руки на плечи.
— А теперь ничему не удивляйся.
Она опустилась передо мной на колени, взяла в одну руку член и провела язычком по головке. Улыбнувшись, другую руку она запустила себе между ног.
— Я отсосу у тебя, — сказала она, а что именно хотела сказать, дошло до меня чуть позднее.
Ротик снова принял член, губы обхватили его и началось действо. Она то сильнее подрачивала, совмещая это с вылизыванием головки, что старательно надевалась ротиком на член.
— Кто я? — Спросила она
Я на мгновение опешил.
— Кто?! Быстро, грубо. — Сказав это, она снова погрузила член в ротик.
И тут во мне что-то щёлкнуло. Взяв её за хвостик, я сам стол насаживать ротиком на член.
— ты... ты шлюха, ты хуесоска, ты сейчас стоишь на коленях и отсасываешь мне!
С каждом разом, я сильнее надевал её ротик на член.
— Ещё!
— Грязная проблядь, ты готова отсосать первому встречному!
Как же мне нравилось, обзывать эту гордую, умную и красивую девушку последними словами!
— Ты достойна лишь отсасывать и ебаться, это твоё призвание, ты проблядь, ты понимаешь это?
Я на мгновение оторвал её от члена, заглянул в её мутные глаза, и её ротик снова погрузила на член с двойным усердием. И только сейчас я вспомнил и заметил. Рука на киске работала интенсивно. Вот сучка...
— Небоёбаная сучка, ты рождена, чтобы ебаться!..
Вот здесь уже не выдержал я и снова, второй раз за ночь, кончил ей в ротик. Одновременно с этим кончила и она, упав на влажную траву, сокращаясь от
