пощечину.
— Я тебя предупреждал малыш. Теперь будет больно.
Стянул с себя бриджи и сорвал мои трусики. Резко вошел. И Боль. Жуткая боль. Я чувствовала, как пошла кровь из моей порванной девственной плевы. На этом от стал еще настойчивее и интенсивнее. Раз за разом. Толчок за толчком. Его огромный член растягивал меня всю. Я думала, что разорвусь. Его яйца уже долбились о мою попку. Не было сил сопротивляться. Где-то через полчаса Саша сделал последний толчок и замер. Он мощно кончил прямо в меня. Потом встал, натянул бриджи и куда — то ушел. Какой оргазм? Кроме боли, я ничего не чувствовала. Все тело болело. Его сперма, ее было очень много. Я побрела в ванную. Там залезла в ванную и приняла душ. «Мерзкий и похотливый урод» — кружилось в моей голове. Под действием душа, мое тело расслабилось, я почувствовала слабость. В глазах потемнело. Я потеряла сознание...
Открыв глаза я увидела себя совсем в другом месте. Кровать с балдахином. Я лежала в большой комнате. За окном ночь, а это точно не квартира Зои Матвеевны. На мне какая — то шелковая пижама, состоящая из свободных шорт и кофточки на бретелях. «Черт, где моя одежда?» — подумала я и поднялась с кровати. Комната была заперта. Окно плотно закрыто. Судя по виду из окна я находилась на третьем этаже какого-то коттеджа. Везде выключен свет. «Куда он меня приволок? Где я?» — меня затрясло. Ничего не оставалось, как лечь обратно в кровать и ждать наступления утра.
Что-то щекочет. Шею что-то так нежно щекочет. Я открыла глаза и увидела Сашу. Он спокойно сидел рядом и смотрел мне прямо в глаза, щекоча мою шею.
— Где я? Куда ты меня притащил?
— Ты у меня дома. Не волнуйся, больше не будет боли. Ты сама выбрала такую дорожку.
— Ничего не понимаю. Отвези меня домой.
— Непременно. Только через полгода.
— Какие пол года? Я все равно уйду!
— Ты за городом. Не рыпайся. За полгода ты получишь 12 тысяч долларов.
— Мне не нужны деньги.
— Да? Тогда просто расслабься и получай удовольствие.
На глаза навернулись слезы отчаяния. В ответ он обхватил мое лицо своими руками и поцеловал в губы. Наши уста нежно слились. Другого выхода уже не было...
