смывая струями воды все лишнее. Потом беру мочалку и осторожно мою ее. Каждое мое прикосновение вызывает слабые спазмы ее разгоряченного тела, сопровождаемые легкими стонами. Моемся. Потом идем в комнату и ложимся. И опять наши губы вместе, и языки гуляют по чужим ртам. «О Господи, какая благодать», — говорю я! «Спасибо тебе, О королева, О Галина! Ты была великолепна, так... так... Нет слов!».
Она маленько полежав, вымолвила: « Я и не знала, что такое возможно! Я решила, что опять рожаю! Матка сокращалась, как будто, готова была вывернуться на изнанку! И боль, какая то сладкая не человеческая боль, Которая не болит, а... не хватает слов... , Меня изнутри, словно жгло! Мышцы не повиновались: истома и возбуждение, кайф как от легкого вина, сладкая боль и горькая радость; все разом! Я готова была умереть, и умерла, попала в Рай, потом упала в АД, ад сладострастия, и воскресла! А ты все подталкивал меня к наслаждению, и подталкивал. У меня, до сих пор, сердце стучит как бешеное. Ломит все мышцы, как после тяжелой работы, А на душе... Душа поет и летает, счастья столько, что его хватит поделится, с целым миром! Каждому!!!». И она снова прильнула к моим губам. Ее юркий язычок проник в рот, потом она стала целовать мою шею и грудь. Я сам был на вершине удовольствия...
Она лежала на моей руке, тесно прижавшись ко мне, ее непослушные волосы, щекотали мою кожу. Моя рука блуждала по ее крепким и объемным грудям, лаская их и стоящие, как маленькие членики, соски. В темноте они были, почти черного цвета, размером с хорошую фасолину, и почти такие же твердые, но они были теплые на ощупь, и пальцам было приятно их касаться. Еще раз поцеловав меня, она сказала, я бы осталась, но дома один Толик. Надо идти. Я не хотя отпустил ее. А вдруг, это не повторится? Вдруг она решит, что я, слишком молод для нее? И вообще, может это все сон? Перевозбудился и все такое... Я много не успел, я не исследовал все ее интимные места, способные вознести на вершину блаженства партнера, да и саму партнершу. Но...
Она накинула халат, подвязав его поясом, остальное положила в карман, еще раз поцеловала меня, потрепала по холке моего «друга», от чего тот начал шевелиться и вышла. Я полежал еще несколько минут, встал, закрыл на ключ дверь, и не одеваясь, нагишом вышел на балкон. Мне было плевать, если меня увидят! Упершись руками о перила, я закурил. Мысли вертелись вокруг Галины, и я ни чего не мог, точнее ни чего не хотел, с этим делать. Выкурив две сигареты, вернулся в комнату. Увидев там бутылку коньяка, с которой началось наше сближение, налил маленько в стакан и выпил. Коньяк теплом разошелся по телу, захотелось спать. Я выключил свет, и лег в кровать, хранившую запах и вмятости от ее тела. Повернувшись в их сторону, я смотрел на них представляя, что она лежит рядом со мной. И не заметно для себя уснул.
2013 год. Молох. Продолжение следует.
