прервались, — ты был такой резкий, такой мачо! На самом деле, меня с Машкой спас. Спасибо, честно! Но дело даже не в этом. Только не смейся! Я подумала... Помнишь как раньше — девушка принадлежит спасителю? Смейся, сколько хочешь, но я так хочу! — она гордо вскинула лицо с опухшими от поцелуя губами.
— Не буду я смеяться, спасенная принцесса, не бойся, — я расцеловал ее. — Не буду, мне очень нравится этот старинный обычай.
Мой поцелуй заглушил ответную реплику. Я расстегнул пуговичку на ее блузке. И погладил ее по груди. Это великолепное ощущение — грудь женщины в твоей ладони! Ее молодые упругие грудки, размером с половинку апельсина, сами просились мне в руки. Твердый, набухший сосок приятно тыкался в кожу, забавно сопротивляясь моим движениям.
Девушка была ладненькая, и не стеснялась. Сказывался маленький опыт, но это лихвой окупалось энергией, непосредственностью, и отсутствием жеманности. Она сказала правду — ей действительно хотелось меня.
Аккуратно сняв блузку, я целовал шею и обнаженные плечи, спускаясь к груди. Ее сосочки, с небольшими коричневыми ореолами, ждали меня.
Она не громко застонала, когда я сжал губами один из них. И продолжала постанывать, пока я игрался с ним. Я целовал ее, сосал, забирая сосок и часть груди в рот, несильно прикусывал его, нежно касаясь зубами.
Когда я перешел ко второму, и взял его в рот, она дернулась. Как будто ее ударило током! Испугавшись, что сделал ей больно, мне пришлось выпустить его. «Продолжай, прошу тебя!" — прозвучал задыхающийся шепот. И я продолжил, обрушив на бедную грудь весь арсенал своих ласок. Через минуту она вскрикнула, впиваясь мне в волосы. Вскрикнула еще раз и обмякла!
Невероятно, она кончила!
Лежа с закрытыми глазами, Таня гладила меня по голове. В ответ я засыпал поцелуями ее грудь, плечи, перебрался на животик. Маленький, твердый животик, с ямкой пупка посередине восхищал меня!
Расстегнул ее джинсы и потянул их вниз вместе с трусиками. Таня приподняла попку, чтобы помочь мне. Напрягшиеся мышцы живота подчеркнули женственную красоту ее лобка. Она выглядела так возбуждающее, что мой член, снова поднял головку...
Освободив девушку от одежды, я с восхищением любовался ее стройным телом. Она лежала передо мной беззащитно и доверчиво. С наслаждением я пробежался кончиками пальцев по животу, по гладкому лобку, приближаясь к ее щелке обрамленной пухленькими губками. Кожа Тани была горячая и бархатная на ощупь. От избытка чувств я глубоко вздохнул. Взял ее на руки и перенес в спальню. Она не сопротивлялась.
Нагнулся над ней и стал целовать ее лобок, спускаясь вниз и приближаясь к ее влажной щелке. Теперь я целовал ее вокруг губок, изредка касаясь их, дразня девушку. Она нетерпеливо подрагивала. Я не стал дальше ее томить, поцеловал ее там, где она хотела больше всего. Лизнул, сначала нежно и ласково, затем сильнее, не стесняясь. Наконец, пришла очередь клитора, ее маленькой вселенной, ее точки существования в данный момент!
Взял его в рот, пососал, зажимая губами. Она стонала, металась по постели. Раскинутые руки вцепились в простыню, сминая ее. Мне приходилось придерживать ее за бедра.
Время от времени, я оставлял ее пуговку в покое и ласкал языком ее влажную от смазки дырочку, глубоко проникая в нее.
Таня всхлипывала, стонала! Извивалась, и крутилась, охала и выгибалась. Простыня под ней скомкалась. Как она сейчас была прекрасна! Куда там святой Терезе Бернини! Теперь я ласкал только клитор. Взяв его в рот, быстро, быстро лизал его кончиком языка.
Она напряглась, пронзительно вскрикнула! Ее тело от напряжения стало твердым, как железо... и расслабилась. На глазах блестели слезы! Лицо выражало полное удовлетворение.
Я разделся. Член был такой твердый, что им можно было... В общем, стоял как надо. Моя любовница распростерлась передо мной. Вошел в нее одним резким ударом. И замер. Ее трубочка была узкой и
